Санта-Барбара по-казански. Уехать, чтобы вернуться?

— Так странно, — заметил Максим, смотря на огонь свечи через бокал с молодым итальянским вином. — Как будто на другой планете сидим.

Андрей только усмехнулся в ответ, слегка отсалютовав собственным бокалом в ответ. Он прекрасно понимал друга. Они сидели на берегу Средиземного моря. Недавно прошел легкий шторм, от чего вдруг во всем поселке отключилось электричество. Но вскоре на место буйству стихии пришла морская прохлада, а сидеть на веранде при свете свечей оказалось неожиданно приятно. После слякотной Казани Максу действительно казалось, будто его мгновенно перенесли в другой мир.

— И все-таки, не тянет на родину? — лукаво спросил Макс друга.

— Как и любой правильный российский эмигрант я тоскую о загранице в России и о России из-за границы, — с шутливым пафосом ответил Андрей. — А тосковать под итальянским небом все-таки приятнее.

— Не знаю, я, конечно, люблю путешествовать, но домой возвращаюсь всегда с радостью, — вдруг признался Макс.

— А я гражданин мира, мой дом — весь мир, — ответил Андрей.

— О, сеть восстановилась, можно музыку поставить, — сказал Макс, меняя неоднозначную тему.

Андрей также машинально взглянул на экран смартфона, после чего нахмурился.

— Слушай, не знаешь, как дела у Машки? — спросил он у товарища. — Не в мелочах, а глобально?

— Да вроде как все нормально, — стушевался Макс. — Я специально не слежу, уж извини. Говорят, у нее мама в прошлом году сильно болела, она на операцию деньги искала. Я ей предлагал, но она ни в какую.

— Подумала, что это я через тебя деньги передам, — напрягся Андрей.

— Наверное. В общем, насколько я знаю, все решилось благополучно. Маму ее прооперировали, реабилитация прошла хорошо. С тех пор я о ней ничего нового не слышал.

Андрей продолжал хмуриться.

— Случилось чего? — озвучил очевидное Макс.

— Дочка написала, просит приехать. А она со мной без особой нужды общаться не станет, — признался мужчина.

***

Так получилось, что с юного возраста Андрей умел зарабатывать хорошие деньги. Вернее, даже не так, он умел торговать. Пока его однокашники пытались хоть как-то найти работу по специальности в разоряющихся НИИ, он с головой нырнул в мутные потоки раннего российского капитализма, который не зря потом называли диким. В 90-х на фоне массовой нищеты делались огромные состояния. Сам Андрей миллиардером не стал, но отличная деловая хватка позволяла жить безбедно.

А еще Андрей вряд ли сумел бы кому-то признаться, откуда в нем возникла страсть к накоплению капитала. Все, что он делал, работало на главную цель — избавиться от детских страхов, от комплексов юности, от неуверенности в завтрашнем дне молодости. В определенный момент все это выплавилось во вполне осязаемую цель — уехать из России насовсем.

Незадолго до этого он познакомился с Машей. Девушка поразила его своей искренностью, непосредственностью. Казалось, ей совсем ничего не нужно было для того, чтобы быть счастливой. Маша жила в однокомнатной квартире с матерью, зарабатывала какие-то смехотворные по меркам Андрея деньги, но всегда улыбалась.

Андрей влюбился без памяти. Впервые в жизни ему не нужно было кем-то казаться, он просто мог быть собой. Ему хотелось осыпать любимую золотом, одеть ее в шелка и меха, а та только улыбалась и спрашивала: «Ну зачем?»

Также было и с путешествиями. Маша никогда не предлагала поехать куда-нибудь за границу, когда Андрей спрашивал, где бы ей хотелось провести отпуск. Говорила, что ей будет хорошо рядом с ним даже в самой глухой деревне.

Вскоре после свадьбы у них родилась дочка Софья. Уже тогда проводить один зимний месяц Андрей предпочитал на юге Франции или в Мексике, а когда девочка закончила начальную школу, он просто влюбился в юг Италии.

Впрочем, переехать туда насовсем оказалось не так просто. Андрею пришлось налаживать работу бизнеса на расстоянии, оформлять вид на жительство, продумывать, как дочка будет учиться в чужой стране. Все это он делал с радостным воодушевлением, реализуя свою давнюю мечту. Маша приняла его решение без восторга, скорее просто соглашаясь с супругом.

В первый раз было решено поехать к Средиземному морю на полгода. Андрей ощущал то время, как бесконечный медовый месяц. И после возвращения в Россию его просто шокировало сообщение супруги, что жизнь вдали от родных и друзей тяготит ее и она остается в Казани.

Тогда Андрей ни на шутку разозлился. Было сказано много неприятных слов, а еще больше сделано. Всеми силами он пытался доказать Маше, что без его денег, без его покровительства она не проживет. Та в ответ только грустно улыбалась. Так Андрей вернулся в Италию, а Маша с дочкой — в двушку к матери. Он высылал для ребенка определенную сумму. А общение с бывшей женой постепенно сошло на нет.

***

— В общем, совсем у нас беда, — закончила рассказ Софья в казанском кафе, помешивая давно остывший кофе.

С дочерью у Андрея отношения были немного лучше, чем с бывшей женой, она даже несколько раз навещала его в Италии. И все-таки было видно, что этот разговор ей дался очень нелегко.

Оказалось, что деньги на операцию Маша нашла не у знакомых, а взяла в кредит. Причем приличный займ ее зарплата обеспечить не могла, потому необходимую сумму она взяла в какой-то сомнительной организации. Учитывая, что Софье недавно исполнилось 18, коллекторы грозились отобрать жилье, переселив их семью в какую-то конуру.

— Правильно сделала, что мне сказала, — подбодрил дочку Андрей. — Все будет хорошо.

Видеться с любимой женой, пусть и бывшей, сил у него не было. Наведя справки у знакомого из банковской сферы, он уже через несколько часов закрыл долг Маши.

Но настроение у Андрея было отвратительным, под стать сырой пасмурной погоде в Казани. Мужчина вдруг подумал, что нужно будет показать итальянским приятелям фотографии именно с такими видами, чтобы те не думали, что русская зима — это исключительно белоснежные красоты.

Звонок Маши его застал уже в аэропорту, когда мужчина готовился к посадке.

— Ты не должен был этого делать, — услышал он знакомый голос в трубке. — И приезжать был не обязан.

У Андрея защемило в груди.

— Должен, — твердо сказал он. — Ты мне отдала за все эти годы гораздо больше, чем эти деньги. А я отнесся к тебе как к собственности. Прости меня, когда-нибудь.

Маша молчала.

— Ну, будете у нас на Колыме — милости просим, — невесело пошутил Андрей.

— Лучше вы к нам…

Еще больше по теме Санта-Барбара по-казански.

КВ
Лента новостей