Врач красной зоны Али Нурматов: Еще пару лет – и ковид станет сезонным заболеванием
news_header_top_970_100

Врач красной зоны Али Нурматов: Еще пару лет – и ковид станет сезонным заболеванием

Хирург-травматолог казанской 7-й больница Али Нурматов уже два года борется за жизнь пациентов в ковидном госпитале, но не оставляет практику и по своей прямой специализации. Интересно, как видит сегодня ситуацию с распространением коварной болезни врач из красной зоны?

Вот что говорит хирург-травматолог:

Медицина – быстро развивающаяся наука, и врачи должны идти в ногу с ней, иначе не смогут дать отпор новым вызовам. Таким вот неожиданным ударом для всего мира стал коронавирус. Для меня, как и для многих, ковид начался с новостей из далекого Китая, и лишь когда он подошел вплотную, пришло полное осознание ситуации. Знаете, ведь как казалось: месяц-два и мы его победим. Только через полгода стало понятно, что все будет иначе. Прошло уже два года, а борьба все продолжается. 

Серьезные надежды возлагались на прививку. Действительно, в подавляющем большинстве случаев она не позволяет заболеванию перейти в более тяжелую форму. Вакцина не является стопроцентной защитой, но привитый человек переносит заболевание легче. Три, пять, семь дней – и он уже чувствует себя хорошо.

Лично я для того, чтобы входить в красную зону, ревакцинируюсь каждые полгода. Вообще, обычные граждане делают ее раз в год, но тем, кто постоянно находится в зоне риска, необходимо делать ее чаще. 

Честно скажу, страх перед новым видом вируса был. Мы, врачи ковидного госпиталя, практически все переболели еще в первую волну – в мае 2020 года. Сначала заболел я сам, потом, к сожалению, заразились и мои домочадцы.

Али Халмаматович, как вы, травматолог, попали в ковидный госпиталь?

Когда госпиталь только открылся, в первую очередь здесь были востребованы инфекционисты и пульмонологи. Но вскоре стало понятно, что не обойтись без врачей и других специализаций. Потребовались и ревматологи, и урологи, и эндокринологи и, как я, травматологи, поскольку пациенты поступают с разными патологиями и сопутствующими проблемами. Ведь в ковидном госпитале необходима мультидисциплинарная медицинская служба. 

Нельзя сказать, что я смело шагаю в красную зону. Но здесь главное – психологический фактор. Я понимаю, что это моя работа, которую надо делать. Во время Великой Отечественной войны никто не сидел в окопе с рассуждениями, идти ли в атаку. Человек просто делал то, что должен. Приходится отключаться, потому что твою работу вместо тебя никто не сделает. 

 

Фото: © Владимир Васильев 

Какова сегодня обстановка в госпитале?

К сожалению, количество выявленных случаев растет. С каждым днем нагрузка на ковидный госпиталь становится все больше. Правда, тяжелых сейчас не так много, но здесь надо понимать, как действует новый штамм омикрон.    

Сейчас мы уже не падаем к концу рабочего дня без сил, но осенью прошлого года было тяжело. Эмоционально врачи в госпитале выгорели уже давно. Да, это нелегко, когда ты лечишь пациента, а он от нас уходит навсегда. Осенью врачи буквально валились с ног, потом немного передохнули, и вот снова рост. Мы надеялись, что омикрон к нам вообще не придет, поскольку он южно-африканский, а у нас зима. Но увы, вирус «утеплился» и прорвался сквозь минусовые температуры. Я так понимаю, погода здесь не имеет значения. Вспомните, как в первый год все ждали лета в надежде, что вирус погибнет под солнечными лучами. Но как знать, может, скорость распространения омикрона могла бы быть и еще выше.   

Он более заразный, но менее тяжелый. Новый штамм реагирует реактивно. Многое зависит от имеющихся заболеваний. Мало кто из граждан регулярно проходит профилактическое обследование и всерьез уделяет внимание своему здоровью на фоне мнимого благополучия. Коронавирус бьет не только по легочной системе, он ударяет по всем системам в организме. На фоне коронавируса возникает высокий риск образования тромбов, а смерть от оторвавшегося тромба наступает почти мгновенно. 

Если пациент попадает в цитокиновый шторм, в течение двух-трех дней объем поражения легких с ноля может стать стопроцентным. А дальше начинаются другие осложнения. Если пациент не дышит, наступает общее кислородное голодание и нарушается работа всех систем. Органы начинают страдать без необходимого количества кислорода.

Вирус нарушает рецепторную функцию, отсюда и потеря обоняния. Мы теряем наши органы чувств на определенное время. На сколько – зависит от степени поражения. У кого-то обоняние возвращается быстро и полностью, у кого-то частично и не сразу. Есть и такие, у кого вообще пока не вернулось, хотя прошел год и больше. 

Некоторые родственники спрашивают, почему причиной смерти указан не ковид, когда, казалось бы, все очевидно. Дело в том, что сам коронавирус не является причиной летального исхода. Он вызывает осложнения, которые и приводят к смерти.

Как вы думаете, почему некоторые жители республики настороженно отнеслись к вакцинации?

Общая беда – российский менталитет. У населения до сих пор нет четкого представления о том, на основе чего создана вакцина, как она действует и что в итоге дает. Много разных слухов и неточной информации. Но многие просто не хотят ничего слышать, кто-то просто привык ничему не верить.

Подрывают доверие и соцсети, где некие люди пропагандируют различного рода идеи, скажем, глобального чипирования. Они играют на том, что каждый человек готов отстаивать свое личное пространство, ведь никто не хочет, чтобы за ним круглосуточно следили. Вакцинация задевает не только сферу здравоохранения, все намного глубже, тем более, она затрагивает и политические процессы. Отсюда и несогласные, которые просто на этом зарабатывают, как тиктокеры или блогеры.  

Вирус гриппа известен миру больше 100 лет. За эти годы он мутировал много раз, но к нему выработался коллективный иммунитет, чего пока нельзя сказать о коронавирусе. Человечество научилось жить и бороться с гриппом. Думаю, ковид в ближайшие два-три года станет таким же сезонным заболеванием, как грипп.

news_right_column_240_400
news_bot_970_100