Когда жизнь его висела на волоске, Винокур понял, что главное на этом свете - любовь и преданность родных и друзей. На любовь Владимир Натанович отвечает любовью. Да и врагам своим, если они есть, от души желает здоровья. Потому что жизнь, по его убеждению, слишком коротка, чтобы тратить драгоценные мгновения на злость, зависть и месть. И даже спит он всего пять-шесть часов, чтобы успеть осуществить все задуманное. Об этом рассказал нашему корреспонденту  народный артист России Владимир Винокур.

- Для популярного артиста вы на редкость семейный человек. Вот даже в офисе окружены портретами мамы, жены, дочки...

- Я без этого, наверное, не смог бы работать... Но самый лучший портрет дочери я ношу на себе. Вот на плече сделал татуировку с Настиным изображением. - Ничего себе! Это же настоящая фотография с афиши!

- Да, это Настя для афиши фотографировалась. Она у меня, как и жена, балерина, на этом рисунке танцует испанский танец. Мне очень нравится. Правда, мама моя, которой за 80, огорчилась, увидев наколку. Для нее татуировка ассоциируется с местами не столь отдаленными... Она до сих пор спрашивает: «Ведь это сотрется? Скоро сотрется?»- У вас на редкость крепкие семейные устои. Их заложили ваши родители?

- Да, у нас всегда была очень дружная семья. К сожалению, отец десять лет назад умер, мама взяла бразды правления. Она каждый день звонит, спрашивает, какие у меня намечаются концерты, гастроли. Сейчас сообщила мне, что смотрит передачу «Встань и иди». Там я рассказываю о катастрофе, в которую попал 13 лет назад в Германии. - Я помню, и для всех было шоком: вы после этого появились седым...

- Я увидел себя, абсолютно седого, еще по дороге, когда посмотрел в зеркало в реанимационном автомобиле. Немцы сделали первую операцию, а потом, когда перевезли в русский госпиталь, попросил, чтобы меня остригли наголо. Не мог привыкнуть к этому белому человеку... Мы наивные люди. Думаем, что катастрофы и болезни происходят с другими людьми, а нас они обойдут стороной. Но когда это наступает, это нужно понять и принять. Я учился заново вставать, сидеть в инвалидной коляске, делать первые шаги на костылях, с палочкой, потом самостоятельно... И все это и есть жизнь. Мы иногда не понимаем, что наши внутренние конфликты, передряги, ссоры - все это мелочь против жизни и смерти...- Осознав это, что-то изменили в жизненном укладе?

- Я стал активнее. Сделал несколько программ... Появилась жадность к жизни. Да, произошло страшное, но мне было даровано самое главное - жизнь. Два моих друга умерли на месте, их не стало в доли секунды... - Верите в предназначение человека или считаете, что он сам творец своей судьбы?

- Я уверен, что человек - не самый главный на земле. Есть кто-то над нами. Когда все это произошло со мной, я понимал, что кто-то меня оградил от самого страшного. И просто охраняет меня по жизни. Потому что много лет назад у меня были билеты на теплоход «Адмирал Нахимов». После концерта я должен был сесть на него, чтобы плыть в Сочи. Но Лева Лещенко уже улетел, а мне было скучно плыть одному. Я остался до утра в номере, а потом узнал, что теплоход «Нахимов» затонул под Новороссийском, почти все погибли. А те, кто был на палубе для VIP-персон, погибли первыми - удар пришелся прямо по ним...

Потом в Афганистане был концерт. Я закончил выступление и прощался. Сказал: «До свидания, до встречи на родине!» И в это время два выстрела - недолет и перелет. Третий должен был попасть в цель. Но его не было. Что-то там заклинило у душманов. Я остался жив. Все выбежали, а я так и остался на сцене. Военные приняли это за признак героизма. А это был шок. Гражданский человек не понимает, когда такое происходит. Это я к тому, что мы напрасно думаем, что некоторые вещи с нами никогда не случатся! Кто-то меня бережет...- Как возвращаете проявленную к вам милость?

- Об этом нельзя, наверное, говорить... Возвращаю как могу... Хожу в синагогу, делаю пожертвования... Не могу сказать, что я ортодоксально верующий человек. Бабушка была верующей, а новое поколение - в том числе и родители, и мы - уже немного другое. Но когда умер отец, я сделал все как положено...- Что постарались взять из семьи родителей и перенести в свою?

- Отец всегда говорил: надо делать добро, не ожидая отдачи. Отец был строителем в Курске. И я стараюсь сохранить в себе сущность человека с периферии. Что это такое? Это доброта, это соседи как родственники, а родственники - все очень дорогие тебе люди... Отец учил меня не опаздывать. Причин для опозданий не бывает, говорил он. Ребята из моего коллектива знают, что наказание за опоздание простое. Я говорю: «Поехали!» - и автобус уходит. И человек догоняет. Может быть, даже на самолете. Это цена его опоздания. Жизнь дается один раз. И я, как отец, всегда помню об этом. И так же, как он, мало сплю - пять-шесть часов. Никогда не сплю днем - боюсь воровать жизненное время. - У вас на стенах много фотографий с Путиным. Вы общаетесь с президентом?

- Так прямо нельзя сказать... Но был случай очень смешной. 31 марта, на мой день рождения, не все смогли прийти, и я 1 апреля догуливал с друзьями в мужской компании. И меня пришел поздравить управляющий делами президента Владимир Кожин. Говорит: «Привет тебе большой от президента, он хотел поздравить еще вчера, но у тебя телефон был отключен». А я отвечаю в своей манере: «Мне очень приятно, что президент обо мне помнит, но Кремль напротив - может, он сам зашел бы, посидел с нами...» И минут через 30 говорят: «Президент едет!» Но ведь 1 апреля, никто не верит! И тут заходит Владимир Владимирович! Подарил часы, кинжал, очень тепло поздравил, посидел немного с нами. Я говорю на правах именинника: «Владимир Владимирович, мои друзья сейчас немного в шоке... Я тоже... Можно, я маме позвоню?» Звоню: «Мам, ты только спокойно это восприми, сейчас с тобой будет президент говорить...» Она говорит: «Сынок, уже девять вечера, 1 апреля закончилось...» Я опять свое: «Мама, ты сдерживай себя - это настоящий президент!» Тут трубку взял Владимир Владимирович. Сказал: «Анна Юльевна, я поздравляю вас с юбилеем сына, можете гордиться им, мы его очень любим», - и так далее... Она, не веря: «А кто это?» Он: «Это я, Владимир Владимирович!» Она: «Ну, мы вас тоже очень любим, Владимир Владимирович. Если это вы настоящий... Потому что я знаю своего сына!» - А на этой фотографии вы с Людмилой Путиной...

- Да, она очень приятная женщина. Говорит: «Я вашу фотографию поставлю на стол и буду по утрам на нее смотреть. Я, когда вас вижу, всегда смеюсь, и у меня поднимается настроение». - Последний вопрос, как последний тост - «за любовь». Сколько вы в браке?

- Тридцать один год. Причем с одной женщиной! Это небывалый случай - можно сказать, рекорд в артистической среде, потому что у нас многие по три раза женаты. И вас, наверное, интересует вопрос - почему?- Почему?

- Скажу почему. Она пришла не к артисту Винокуру - она пришла к студенту, стажеру театра оперетты. Она там работала балериной, была девочкой с голубыми глазами. И я за Тамарой ухаживал, а она посылала меня на все четыре стороны. Я был шумный, загульный... А она - девочка принципиальная, такая Прасковья из Подмосковья. Жила в интернате, потом у бабушки... Бабушка умерла, она одна осталась... А я ей говорю: «Что ты со мной так разговариваешь, хамишь все время! Я же не всегда буду бедным стажером... Я буду известным и богатым, поняла?» Тогда она сказала: «Хорошо, Володя, я попробую вам поверить». И вышла за меня замуж. Вот так мы и верим друг другу до сих пор...

Беседовала Лариса ЗЕЛИНСКАЯ.