Второе мужское отделение занимает левое крыло второго этажа. Входные двери запираются на замок-защелку, ключи от которого имеются только у медперсонала. Но лечащаяся от различных психических недугов братия разгуливает внутри вполне свободно. Жизнь здесь протекает неторопливо, размеренно и однообразно, ну точно как в той песне.

Новенького вычислили сразу. Через пять минут вокруг меня собралась толпа.

- Как зовут? - деловито осведомился высокий худой мужик в спортивном свитере.

- Леонид, - соврал я. - Брежнев...

- Да не болтай! Мы ж не психи - Брежнева в лицо знаем: его на той неделе выписали. Ладно, айда со мной, покажу наше хозяйство...

По пути мой гид поведал о себе. Зовут Ринат, живет в одном из районов Татарстана, регулярно лечится тут уже более 20 лет, так что больница для него второй дом.

- Здесь так хорошо, ребята все хорошие, врачи и медсестры хорошие, кормят хорошо, в баню водят, - захлебываясь от переполнявшего душу счастья, рассказывал он.

По обе стороны широченного коридора - процедурные кабинеты и палаты. Общие - без дверей, а те, где лежат буйные головушки, запираются. Впрочем, Ринат заверил: тут успокаивают быстро.

- Бьют, что ли? - наивно спросил я.

- Да ты что, брат, с Луны свалился? - удивился он. - Да нас тут никто и пальцем не трогает. Лекарства замечательные дают, которые любого успокаивают...

Чем дольше я находился в отделении, тем больше удивлялся - не психбольница, а санаторий: ни тебе злых санитаров с дубинками, ни смирительных рубашек - все ходят в домашней одежде, ни привязных ремней на койках...

- Роль санитаров, если надо, у нас больные выполняют, - пояснила заведующая отделением, проработавшая здесь 47 лет. - Хотя были у нас и санитары-мужчины, да не прижились.

Добро всегда отзывается добром. Пациенты от души благодарили и врачей, и медсестер, и санитарок. А еще поваров и... президентов.

- И Горбачеву, и Ельцину спасибо - за то, что привели нас к новой жизни... - пояснил один из больных со стажем, назвавшийся Айратом.

Однако и здесь нашлись те, кто не в восторге от того, что творится за стенами учреждения. С одним из оппонентов мы познакомились в курилке. Николай Захарович в прошлом научный сотрудник одного из НИИ, имел сотни изобретений и ученую степень. А теперь, по его словам, «свихнулся».

- Я не вписался в рыночную экономику, - спокойно объяснял он, попыхивая «Беломором». - Оставшись без работы, пытался заняться бизнесом, да ничего не вышло. Дома - скандал, семью кормить нечем. Вот и «поехала крыша». Да она от нынешней жизни у кого хочешь сдвинется, - считает ученый, ставший волею судьбы пациентом психбольницы.

А вот бывшего тракториста из Кайбицкого района Фарита больше всего занимает вопрос, как бы так сделать, чтобы остаться в психушке на всю зиму:

- Дома меня никто не ждет, а тут и тепло, и светло, и сытно. Пенсию сюда переведу, чем не жизнь?

Слушая вполне здравые рассуждения собеседников, мне не верилось, что эти люди психически не здоровы. Как и в то, что каких-то пять дней назад вот этот тихий молодой человек, угостивший меня «Дюшесом», считал себя... разведчиком, преследуемым вражескими агентами, и пытался выброситься из окна вместе с тяжеленной кроватью, к которой его, буйного, привязали. А другой пожилой мужчина, с благообразного лица которого впору писать иконы, на поверку оказался... истязателем двух своих жен, тяжело помешанным на почве ревности.

По словам заведующей, ЧП тут случаются крайне редко. Хотя не обходится без «бытовухи». На днях, например, один из пациентов заподозрил, что сосед хочет затащить его... в свой глаз. Он ткнул в «обидчика» сигаретой, за что немедленно заработал фингал. В основном же жизнь во втором мужском проходит тихо и спокойно. Любимые занятия пациентов - игра в шашки и уголки. Желающим дают газеты, книги. Есть тут телевизор и даже... пианино. Правда, пока на нем играть некому. Но как только в палате появится музыкант, жить станет еще веселей.

Перед уходом я сыграл партию в шашки с чемпионом отделения. Уровень игры его оказался столь высок, что я обрадовался, когда он великодушно предложил мне ничью. Местный поэт прочел на добрую память стихотворение, посвященное любимой медсестре. А один из солистов местного хора исполнил несколько песен. Причем остановить его смог только сигнал на обед.

На прощание обитатели второго отделения попросили передать приветы родным и близким. А всем остальным пожелали одного - беречь здоровье. Ну а если, не дай бог, у кого-то поедет... «крыша», тут ее быстренько и умело поставят на место.

Владимир МУЗЫЧЕНКО.