Дания Салиховна Давлетшина родилась 3 марта 1934 года в Чистополе. В 1951 году поступила в Казанский государственный педагогический институт на естественно-географический факультет. В 1956 году была избрана первым секретарем Алексеевского райкома ВЛКСМ ТАССР, в 1960 году - секретарем Билярского райкома КПСС ТАССР. В 1963 - 1965 годы работала заместителем заведующего идеологическим отделом парткома Чистопольского производственного управления ТАССР и вторым секретарем райкома партии Алексеевского района. В 1965 году избрана председателем исполкома Лаишевского районного Совета депутатов трудящихся ТАССР, в 1970 году - первым секретарем Лаишевского райкома КПСС ТАССР. В 1979 - 1990 годы Дания Давлетшина - секретарь Президиума Верховного Совета ТАССР. Неоднократно избиралась членом Татарского обкома КПСС, депутатом Верховного Совета ТАССР. Была делегатом XXV съезда КПСС. Награждена орденами Октябрьской революции и Трудового Красного Знамени, медалями и многими другими почетными наградами. В 1985 году была избрана председателем Татарского республиканского совета женщин, в 1987 году на Всесоюзной конференции женщин - членом президиума Комитета советских женщин. Две дочери, трое внуков. Каждую неделю Дания Салиховна печет вкуснейший бэлиш и собирает за большим столом всю семью.

«Учительша приехала!» 

- Дания Салиховна, вы с детства были лидером?
- Да, не понимала, как, почему, но у меня получалось организовать детей, повести их за собой. Когда училась в Казанском педагогическом институте, была комсомольским вожаком. Мне предложили стать секретарем комитета комсомола института. Но я мечтала учить детей и просила отправить меня в самую глухую татарскую деревню, в школу. Отпускать не хотели, но я упрямая и все-таки добилась распределения в деревню Средние Тиганы Алексеевского района. Я выросла среди русских, татарский язык знала, но только на бытовом уровне. А там попала в настоящую татарскую языковую среду.

- Быстро освоились?
- Быстро. Мне дали девятый класс. Некоторые ученики-переростки были на три-четыре года старше меня, но они звали меня Дания апа. Местные жители звали просто: «учительша». Я не только вела уроки, но и организовывала различные спортивные соревнования, возродила художественную самодеятельность. В общем, вместе с детьми мы расшевелили тихую деревенскую жизнь. Но поработать в школе мне не дали.

- Почему?
- Мою активность заметили. Вызвали в Алексеевский райком партии и предложили должность секретаря райкома комсомола. Отказалась наотрез: хочу учить детей! Я к детям привязалась, они привязались ко мне. К тому же я приезжая, район совсем не знаю. Думала, все, разговор окончен. Но недели через две меня вызвали на беседу со вторым секретарем райкома партии. У него уже был подготовлен конверт со всеми необходимыми документами для избрания меня первым секретарем райкома ВЛКСМ: «Отвезешь пакет в Казань, в обком комсомола. Там тебя уже ждут». 

Надо было принимать важное решение. Директор школы убедил, что такое предложение дважды не делают и что на новой должности у меня будет больше возможностей для развития молодежного движения не только в одном селе, но и во всем районе. Он оказался прав. Наши ребята были очень активные. Авторитет комсомола в районе возрос. Было удивительно, что к мнению комсомольцев и моему мнению, 22-летней девушки, прислушивались председатели колхозов, секретари парткомов. 

Кролики в сельсовете и фестиваль в Москве

- Какие важные дела поручала партия комсомольцам?
- Был клич: «Выращивать кукурузу!» Мы в поле бережно высаживали каждое семечко, ухаживали за каждым ростком, буквально ползая по полю на коленях. И кукуруза стала расти!

Другой клич: «Разводить кроликов!» Комсомол взялся за решение и этой государственной задачи. Многие председатели колхозов не хотели связываться с кроликами, потому что дело это очень хлопотное. Было проще выращивать коров или свиней. Был один забавный случай. Председатель колхоза «Власть Советов» Майоров отказывался изготавливать клетки для кроликов. И мне пришлось использовать необычный метод убеждения. 

Я знала, что Майоров уже в 5 утра бывает на работе. Взяла десять племенных кроликов и на лошади в 4 утра привезла их в сельсовет. Там была только уборщица. Сказала, что мне надо срочно забрать один документ. Она открыла кабинет председателя.

Пока уборщица мыла полы в коридоре, я тихо-тихо мимо нее пронесла в кабинет кроликов и уехала. 
Майоров утром проводил совещание. Открыл дверь, а в кабинете полный бедлам: кролики на столе, на стульях, они успели расшвырять бумаги, погрызть мебель… Он сразу понял, чьих рук это дело. Позвонил секретарю райкома партии и нажаловался на меня. Позвонил мне: мат-перемат. А я ему спокойно ответила: «Теперь, товарищ Майоров, вы понимаете, как важно, чтобы у кроликов были клетки?» Через несколько дней звонок: «Приезжай, хулиганка, посмотри, какие клетки для твоих зверей сделали!»

Так что комсомол не только плясал, пел, организовывал концерты и досуг молодежи. Мы серьезные дела делали. Заставляли шевелиться местные власти, вносили в тихую размеренную деревенскую жизнь свежую струю. 

- Вы были участницей Всемирного фестиваля молодежи и студентов, который прошел в Москве в 1957 году…
- Фестиваль был грандиозным событием. Его гостями стали почти 34 тысячи человек из 131 страны мира. Сейчас молодежи это сложно понять - они много путешествуют, запросто общаются с людьми из разных стран. А тогда «железный занавес» только открылся, и для нас увидеть иностранцев, особенно чернокожих людей, - это было что-то невероятное… 

От Татарии на фестиваль были направлены девять человек, в их числе была и я. Иностранцы, с которыми мы общались, признавались, что ехали в СССР с большим страхом и сомнением. По их представлениям, Советский Союз - страшная, дикая страна, где по улицам бродят медведи. Но они увидели совсем не то, что ожидали. Их встретили гостеприимные, добродушные, открытые люди. 

«Ничего не натворила, только с Хрущевым выпила» 

- Дания Салиховна, ваша встреча с Никитой Сергеевичем Хрущевым стала уже легендой. Расскажите, как это было на самом деле.
- Эта история произошла в 1958 году. Меня избрали делегатом XIII съезда ВЛКСМ и членом ЦК ВЛКСМ. Мне посчастливилось быть на торжественном приеме в Георгиевском зале Московского Кремля. 
Там был длинный стол. Делегации стояли по рангу: сначала представители союзных республик, потом автономных. Хрущев подходил к каждой делегации с маленькой рюмочкой, чокался, выпивал и передавал приветы. Я поняла, что до нас он не дойдет, и «внедрилась» в делегацию туркменов и узбеков: «Мне только посмотреть на него». Они сказали, что лишней рюмки на их столе нет, и налили что-то в большой фужер. Хрущев подошел: «Передавайте привет хлопкоробам Туркменистана!» Я громко сказала: «Никита Сергеевич, а я из Татарии!» 

Он сначала увидел мой полный фужер, и его заинтересовало, кто же такой смельчак. Поднял глаза: «Передавайте привет труженикам Татарии!» - и выпил из своей рюмки. Я залпом осушила фужер. Там оказалась водка. Сначала ничего не поняла, а через несколько секунд захмелела… 

Но самое интересное было потом. Члены нашей делегации осудили меня: «Тебя избрали в составе ЦК комсомола, а ты так себя ведешь!» Оказывается, я нарушила протокол! А это считалось серьезным проступком, и он не мог остаться без последствий.

- И какие были последствия?
- В Казани меня встретили вопросом: «Ну и что ты в Москве натворила?» Я честно отвечала: «Да ничего особенного, только с Хрущевым выпила». 

Через несколько дней на партийном активе выступала об итогах съезда. И вдруг первый секретарь обкома партии Семен Денисович Игнатьев спрашивает: «А что ты нам самое главное не рассказала? Почему не передаешь привет от Никиты Сергеевича Хрущева?» И я подробно, в лицах рассказала эту историю. Весь зал просто хохотал. А через месяц пригласили в обком партии: «Не надоело еще в комсомоле?» Я подумала, все, исключат. Но мне сказали: «Пора продвигаться дальше. Хотим порекомендовать вас на пост секретаря райкома партии в Билярский район». Я такого поворота не ожидала. Мне же было всего 26 лет.

Работала в Билярске. Позже стала председателем Лаишевского райисполкома, позднее - райкома партии. 15 лет проработала в Лаишево. Всей душой полюбила этот район и его жителей. Значит, оказалось, выпить с Хрущевым - это к повышению.

- Избрание в Президиум Верховного Совета Татарии стало очередным серьезным шагом… 
- После активной работы «на земле» было сложно сразу понять систему работы законодательной власти. Я делала все, чтобы поднять авторитет сельских, поселковых, районных Советов. Времена были застойные. Два года пришлось работать в условиях непонимания. Председатель Президиума Верховного Совета Татарской АССР Салих Гилимханович Батыев проводил со мной беседы, советовал, чтобы я умерила свой комсомольский пыл, иначе он отправит меня обратно в сельский район. Но я не из пугливых. Всегда открыто высказывала свою точку зрения, невзирая на лица. И деревней меня не запугать. Я была готова уехать, потому что никогда не держалась за карьеру, статус, привилегии.

Конечно, противостоять такому напору было сложно. Но меня всегда поддерживал муж Ядкар. И комсомол закалил. Комсомол - это была школа жизни. Он открывал возможности для активной молодежи. Комсомол научил системно мыслить, работать в команде, принимать решения и отвечать за свои действия.