Денис Асякин: «В бизнесе постоянно сталкиваешься с задачами, которые никогда не решал»
news_header_top_970_100

Денис Асякин: «В бизнесе постоянно сталкиваешься с задачами, которые никогда не решал»

Учредитель бара Bibl о концепции заведения и сложностях ведения ресторанного бизнеса в нынешних условиях

Казанский предприниматель Денис Асякин, учредитель бара Bibl на Кремлевской, 21 в интервью корреспонденту «КВ» рассказал, сколько денег вложено в создание заведения, как на его работе сказались пандемия и санкции, текущих сложностях и дальнейших перспективах.

— Расскажи, пожалуйста, как появилась концепция заведения? Почему ты решил этим заняться?

— Заведению полтора года. Оно сначала называлось «Библиотека», сейчас название сократилось на Bibl. Это проще для восприятия, слуха — четыре буквы проще запоминаются. Формат изначально планировался только барно-концертный, но потом мы его пересмотрели и решили больше в клубную историю ударяться, но не забывая про барную. Многие гости, которые приходили, сами сокращали название, говорили: «В «Библ» пойдем? Пойдем».

Я начинал проект со своим бизнес-партнером, после это планы немножко поменялись у него, и я стал единственным учредителем этого заведения. Вообще, я из другого бизнеса, не из общепита. Параллельно я занимаюсь оборудованием для синхронного перевода, оснащением театров, гостиниц, музеев. Концертное, звуковое оборудование. К общепиту отношение минимальное.

Но меня заинтересовал этот проект, и я в него зашел. Потом, как сказал ранее, остался в нем один. У партнера было чуть больше опыта, у меня — меньше. Но жизнь движется, надо принимать решения. Обстоятельства заставили погрузиться сюда. Название было выбрано, чтобы присутствовала ассоциация с чем-то студенческим. Формат у нас молодежный, хипстовый, что ли. Целевая аудитория, в основном, студенты.

— Как на работе бара сказались пандемия и санкции?

— Это, конечно, очень сложно. Арендные ставки все такие же. В сезон, когда студенты приедут, ставки адекватные, но, если говорить про историю, когда все закрыто, работать нельзя, лето — дорого. Есть свои нюансы в ведении бизнеса в подвальном помещении — например, отсутствие центральной канализации, кругом насосы надо ставить. Они, естественно, забиваются.

Бизнес — это, конечно, и про искусство, и про творчество, но больше про работу на земле, что называется. Вытяжка где-то справляется, где-то не справляется. Душновато становится, когда большой наплыв народа. Мы постоянно эти проблемы решаем. Это, естественно, вложения, постоянные реинвестиции. Здание, где мы находимся, дореволюционное, царский кирпич. Раньше на улице кирпичи жгли, и, если на них посмотреть, можно увидеть следы собак и кошек, которые бегали про сохнущим кирпичам. Это историческое место. Мы с собственником ходили в другое крыло, и он говорит: «Смотри, тут символ масонства – циркуль и наугольник».

Проблем, повторюсь, хватает. Когда открывали заведение, здесь был просто обшарпанный кирпич и больше ничего — ни вытяжки, ни электричества, ни канализации.

— А сколько денег вложено в создание этого места, если не секрет?

— Это надо считать со всеми реинвестициями. На данный момент, думаю, больше 9 миллионов рублей. Реинвестиции продолжаются, продолжаются, продолжаются. Как в машине — есть постоянное техобслуживание. А есть реинвестиции, связанные, например, с покупками. Сейчас занимаемся полами — будем шлифовать их, грунтовать, потом красить. Краску заказали из Москвы с каким-то интересным составом, посмотрели — цвет не подошел. Деньги на ветер.

Очень сложно это все подсчитать. Сейчас потихоньку готовимся к сезону, делаем ремонт, устраняем проблемы, постоянно улучшаемся, что-то придумываем, и с сервисом, и прочее.

— Что планируете, когда начнется сезон?

— Довести до ума все проблемы, связанные с вентиляцией, кондиционированием, полы доделать, декор. У нас есть интересный план на фотозону. Мы решили повесить на стену «Москвич-401» 1958 года. Его мы нашли у одного пенсионера в Салмачах, купили, распилили, покрасили. Сейчас думаем, как крепление вешать.

Как в любом заведении, главный вопрос — это хороший, грамотный маркетинг. Стараемся, но это дико сложно. Instagram* сейчас работает через VPN, многим лень его скачивать, к тому же, их блокируют постоянно. В VK какая-то реклама используется, но там, если что-то неправильно разместил, могут ее забанить — нельзя рекламировать алкоголь и все, что с этим связано. А мы вынуждены его рекламировать, потому что мы этим занимаемся.

Есть определенные сложности в плане маркетинга на сегодняшний день. По сути, его покупать сложно, особенно в нашей сфере. Остается только органический, так скажем. Если ведется интересный контент, если подача правильная, какая-то фотозона появляется, люди сами фотографируются, сарафанное радио есть — тогда да, оно идет, идет, идет. Сейчас у нас определенная база сформировалась, когда еще Instagram работал, но с новым заведением резко вот так ударить довольно непросто. Раньше в «инсте»* можно было рекламу покупать и так далее. Во «ВКонтакте» непросто рекламироваться. Сейчас многие им пользуются, но у нас был максимально популярен Instagram*, что греха таить.

— А ваши вечеринки в формате Tinder Party когда появились? И почему такая идея в голову пришла?

— Месяца три-четыре назад. У нас этим вопросом занимается арт-директор. Это ее идея.

— Насколько я знаю, для девушек на эти вечера вход бесплатный. Ходят?

— Ходят. Но летом спад, во всех заведениях спад. Мы привлекаем бесплатными коктейльчиками, но в жару все на летних террасах сидят, а здесь у нас сделать летнюю террасу, к сожалению, нельзя. Но все равно ночью приходят люди, после того, как террасы закрываются. Еще у нас акции постоянно проходят, что-то со скидкой 50%. Наше заведение я вижу доступным для людей — bible for people, можно сказать.

Иностранцев много, кстати, приходит. Афроамериканцев-студентов у нас много бывает. Спрашиваю: «Почему именно к нам?» Отвечают: «Ребят, у вас комфортно. Приходим, отдыхаем. Никто нам лишних вопросов не задает. Отдыхаем, как у себя дома». Но, естественно, не пускаем людей в шлепках и в трико.

— То есть, есть какой-то дресс-код?

— Минимальный. Кэжуал-стиль, так скажем. Клетчатая рубашка, джинсы, кроссовки — пожалуйста, но никак не треники растянутые. Довольно простой, доступный, адекватный стиль. Совсем пьяных тоже стараемся не пускать, агрессивных. Такое приятное, свободное, хорошее комьюнити. Без лишних заморочек, пафоса ненужного, но в тоже время без драк и прочего. Стараемся фильтровать людей по принципу адекватности, чтобы все себя чувствовали комфортно. Тем более, молодые девушки приходят.

У нас пространство, куда можно прийти на концерт, куда можно прийти как в ночной клуб, потанцевать. Не могу сказать, что у меня есть прямая конкуренция с каким-то конкретным заведением.

— Насчет концертов — кто самый крутой здесь выступал?

— Здесь были «Мертвые дельфины», довольно известная группа. Были Тони Раут и Гарри Топор из баттл-рэперов. Приезжал сюда — правда, не выступал, просто сидел в гримерке, пиво пил — Soda Luv, молодежный рэп-исполнитель. Я чуть-чуть отстал, наверное, ну и другие у меня вкусы музыкальные. Тем не менее, эти люди популярны сейчас, и тут уж ничего не поделаешь. Местные коллективы выступали, челнинские, ижевские. На этой неделе — трибьют «Короля и шута». Разные музыкальные направления, всем вроде как нравится.

— Еще вопрос, более личный. Тебе не кажется, что с возрастом становишься более консервативным? Нет такого ощущения?

— Нет, наверное. С возрастом я становлюсь не то чтобы консервативным — скорее, прагматичным. Это, на самом деле, неплохо для бизнеса. Бизнес — это цифры. Можно нафантазировать и остаться без штанов, грубо говоря. Два плюс два всегда четыре. То есть, здесь творчества нет. Никогда не будет пять или три. В творчестве, наверное, тоже есть определенный прагматизм.

Что касаемо фотозоны — мы сидели, думали, что сделать. Говорю — «Давай машину повесим на стену». «О, прикольно, давай, а какую?». Ищем на «Авито», видим «Москвич-401». Попробовали покрасить в красный — не зашло. «Давай в розовый». Эти моменты напоминают, что ты жив. Такими вещами ты никогда не будешь заниматься в бизнесе, связанном с оборудованием, которым я занимаюсь. Он абсолютно ни про какое творчество.

Когда ставится свет на сцене, еще что-то, да, есть определенный момент творчества, но все-таки есть моменты, законы физики — как акустика будет распределяться в помещении, как свет будет правильно расставлен. А вот здесь — да, есть поляна для творчества. Как диджей будет играть, что он будет делать на сцене? Всегда можно сказать: «А давайте вот так попробуем, давайте вот это сделаем». Здесь творческая составляющая очень большое значение имеет. В этом бизнесе далеко не все логичные действия оказываются правильными. А многие нелогичные — оказывается, так надо было сделать. В бизнесе надо быть смелым, надо рисковать, но так, чтобы в случае твоей ошибки ты не остался полностью за бортом.

Моменты с хеджированием рисков надо в голове держать. Но и смелые действия надо обязательно предпринимать, иначе будешь находиться в серой массе. В плане принятия решений — это очень сложно, потому что постоянно сталкиваешься с задачами, которые никогда не решал. Особенно в нынешних условиях. Поставщиков искать. Опять же, цены. Мы работаем с молодой аудиторией. Откуда у молодежи денег прям гора?  Все должно быть лояльно по ценам.

Стараюсь, чтобы для них наше заведение было максимально доступно. Я не могу цены поднимать, никак. Цены на алкоголь растут, на сырье. На хозтовары — а это тоже очень большая статья расходов. Салфетки, туалетная бумага, пятое, десятое, двадцатое. Но убрать же я это не могу? Не на многоразовые тряпочки же перейду? Покупательская способность, конечно, падает. Это реальность, ничего не попишешь.

*Организация, запрещённая на территории РФ

news_right_column_240_400
news_bot_970_100