Золотая свадьба

Мадина апа сидела на кровати возле больного мужа, держала его за руку и вспоминала свою жизнь с ним, время от времени вздыхая.

…Мансур слегнеожиданно. Они вместе готовились к юбилею - завтра исполнялось ровно пятьдесятлет, как сочетались законным браком. Сами супруги никогда не придавали большогозначения этому событию и не стремились отмечать вехи совместной жизни как-топо-особому, но дети… Каждый год поздравляли, серебряную свадьбу закатили и эту,золотую, задумали отпраздновать пышно. Завтра должны приехать все восемь детей,внуки, правнуки, родственники. Дом большой, места всем хватит.

Этот дом она полюбиласразу, как только впервые вошла сюда. Он был, по ее представлению, огромный.Она могла сравнивать - они с матерью и тремя братьями ютились в избушке. ОтецМадины умер рано, а матери было трудно работать да поднимать хозяйство. Когда уних с Мансуром родился второй ребенок, родители мужа оставили им этот дом, а самивсей своей большой семьей переехали в новый, только что отстроенный. Соседиудивились: вроде как сыну строили, а Мадина с Мансуром только обрадовались, потомучто уже сроднились с этим домом. И когда свекор объявил о своем решении, они смужем только радостно переглянулись.

Мансур тут же взялсяза переустройство. Привез аж на двух машинах стройматериалы. В его дела Мадинаникогда не вмешивалась, знала: он старается делать как лучше. Но когда наследующий день пришла бригада рабочих во главе, кстати, со свекром, испугалась:что задумал?

- Одни дети рождаются,другие подрастают - надо расширяться, - объяснил он ей.

Ничего не сказалаМадина, головой покивала в знак согласия, а потом только диву далась, какбыстро дом стал больше не только в ширину, но и в высоту.

С тех пор прошло многолет, но их дом всегда содержался в образцовом порядке: вовремя ремонт, вовремя пристройкии перестройки. Последняя реконструкция, конечно, была произведена не безвмешательства детей, а точнее сказать, при самом активном участии. Собралисьони и решили: надо родителям каменный ставить. Сказано - сделано. И живут онисегодня в двухэтажном каменном доме, правда, с большой деревянной пристройкой.

Хорошо, что одни они почтине бывают. Дети, внуки, правнуки… Живи да радуйся! Соседка как-то сказала ей:«Что, опять внуков подкинули?» Обиделась на нее тогда Мадина. Как это «подкинули»?Да они с Мансуром благодарны детям, а теперь и внукам, что своих ребят присылаютна лето. И им здесь привольно, и старикам в радость.

…Муж дремал временами,в остальное время все говорил, мешая русские и татарские слова. Он всегда,когда волновался, мешал языки. По правде говоря, по-татарски они говорили,только когда оставались вдвоем. Но когда собирались все дети, переходили нарусский. А как иначе? Сын женился на русской, дочь вышла замуж за русского, адругая - так и вовсе за немца и живет теперь в Бонне. Собирается вот навеститьродителей. Улыбнулась Мадина: ни разу между детьми не было и намека на какие-тосерьезные разногласия. Мансур вновь заговорил. Она смотрела на него иудивлялась. Сколько прожили они, и прожили хорошо, никогда он ей такого неговорил. Она и раньше, правда, от него грубого слова не слышала, а тут всетолько ласковые. Испугалась: не помирать ли собрался? А если вдруг… Как же онабез него? Мадина чуть не разрыдалась, но сдержалась и всплакнула как-то просебя, не показав слез.

- Дети скоро приедут,- только и могла сказать она.

- Я встану, ты неволнуйся, - ответил муж.

- Я пойду чай поставлю,- промолвила она и, получив согласие, вышла на кухню.

Но чайник поставить неуспела - ко двору подъезжали машины. «Дети едут!» - пронеслось в голове, и онапошла их встречать. По пути заглянула к мужу и поразилась: он сидел на диванеуже одетый и улыбался:

- Иди-иди, открывайворота!

Как молодуха соскочилаона с крыльца, почти добежала до ворот, а дети уж и сами открывали их, заезжаливо двор, парковали машины. Они всегда приезжали все вместе. Объятия и поцелуибыли несколько напряженными: все знали, что болеет глава семейства. Но когда водвор высыпала ватага младшеньких с радостными возгласами: «Бабуля! Даваника!» -почувствовалось приближение праздника. Наскоро пообнимав бабулю-даванику, онипобежали в дом - на встречу со своим любимцем. Мадина не ревновала - наоборотрадовалась: как же любит Мансур всех детей от мала до велика, а они его. Улыбнулась,зная, что сейчас муж прочитает свое любимое стихотворение. Хотелось непропустить этот веселый момент.

Она прошла в домвместе с дочерьми и невестками. Возле Мансура уже галдела и кричала детвора:

- Ну давай, ну пожалуйста!..

А он выжидал, чтобывсе подошли.

- Ну ладно, слушайте,- наконец согласился он.

Все замерли впредвкушении удовольствия, а он поднялся, делано торжественно вытянулся ипродекламировал:

- «Семья.

Семья наша небольшая:

Мать, отец, сестричкаРая,

Сестра Роза, братРавиль,

Я и дедушка Камиль».

Все присутствовавшиене раз слышали в его исполнении это стихотворение, но эффект был всегда один итот же. Смеялись, утирая слезы, повторяя отдельные строки, причем каждый насвой лад. Но больше всех радовался сам декламатор. Он, правда, иногда ещедобавлял, что окончил четыре класса латинской школы и это стихотворение было вучебнике на латинском языке, но сегодня промолчал.

Мадина всполошилась -надо же накормить всех, но ее остановили: мол, сиди, все сами сделаем. Онасмотрела на своего Мансура, и теперь уже слезы радости наворачивались на глаза- будто не было никакой болезни.

Женщины полночистряпали, не подпуская Мадину к кухне, а она все рвалась, пока муж не сказал:«Дай ты им похозяйничать!» Тогда сразу успокоилась - никогда Мансуру не перечила,но заснуть не могла долго.

Гости стали подъезжатьк дому с раннего утра. К торжеству все было готово. Столы под навесом накрыты,уставлены такой вкуснятиной, так что всем не терпелось начать. Но понималиответственность момента и ждали, когда выйдут молодые. И вот они появились.Мансур абый надел костюм, под которым сверкала белизной рубашка, на Мадине апа былоплатье необычайной красоты. По зеленому атласу пущен золотом шитый рисунок, наголове платок - тоже с золотым рисунком… Она держала мужа под руку иволновалась как тогда, пятьдесят лет назад.

Торжество продолжалосьцелый день. Говорили тосты, дарили подарки. Непрерывно звучала гармонь, а длямолодежи соответствующая музыка. Время от времени повторяли и стихотворныестрочки «Семьи» - под общий восторг. Гости с восхищением смотрели на юбиляров.

Потом они еще долгобудут вспоминать и обсуждать это событие, где самым запоминающимся стало словоглавы семейства. Почти в самом начале торжества он поднялся и сказал:

- Здесь все, коголюбим мы с Мадиной, и те, кто любит нас. Но самое главное, что мы прожили с нейвсе эти годы в любви и уважении друг к другу. Чего и вам всем желаем! - Ипоцеловал супругу, чем смутил ее до предела.

С того дня Мансур абыбыстро пошел на поправку. А может, он и не болел вовсе - просто хотел увидетьвсех самых дорогих и близких.

КВ
Лента новостей