Мы стали первой татарской семьей в Новой Письмянке
В 40-е годы прошлого столетия мои родители Ибрагим Бадгутдинович и Хайрикамал Минневалиевна Фарутдиновы стали одной из первых татарских семей, которые построили здесь свой дом. Помогали им обустраивать жилье соседи - русские, мордва и чуваши. Все жили очень дружно и ходили друг к другу в гости.
В нашем доме всегда было много гостей. Эти люди приезжали из татарских деревень на базар. Они привозили мед, муку и картошку, чтобы на выручку от продажи купить нужные товары для своего хозяйства.
Мои родители были очень добрыми людьми и никогда не отказывали в ночлеге тем, кто в нем нуждался.
Когда началась Великая Отечественная война, папа ушел на фронт, а мама с детьми осталась одна. Младшему был всего годик, и все тяжести военных лет легли на хрупкие мамины плечи.
Через полтора года отец, раненый, после госпиталя вернулся домой. Его было не узнать. Сильно похудевший и слабый, он долго восстанавливал свои силы.
Но жизнь продолжалась. Надо было поднимать свое хозяйство, и папа стал отличным столяром. Ни у кого в округе не было дома мебели, кроме стола и лавок, а у нас были! Диван, буфет, трюмо, сделанные руками хозяина дома, стали предметом нашей гордости, удивления и восхищения всех, кто заходил к нам.
Мама тоже не сидела сложа руки. Пятерых детей нужно было накормить, обстирать, проводить в школу. Появилась скотина, за которой нужно было ухаживать, а летом - огород. Мама так любила этим заниматься! Сама выращивала рассаду, делилась ею с соседями, а нам, детям, всегда говорила: «Любите землю. Ведь интересно наблюдать, как из зернышка вырастает росток, потом целое растение, и появляются плоды...» И мы полюбили работу на земле.
Выращивать своими руками овощи и цветы стало любимым занятием и для меня, и для моих сестер.
В 1952 году родилась я и стала шестым и самым любимым ребенком в семье. Разница в возрасте между мной и сестрой постарше была шесть лет. Папа очень хотел мальчика, ведь в семье уже было четыре дочери и один сын. Но родилась опять девочка. Он даже не пришел забирать нас с мамой из роддома и полгода почти не подходил ко мне.
Но когда я начала лопотать, а потом и ходить, он не спускал меня с рук. Из стеклянных пол-литровых баночек делал мне ведерки, а настоящее коромысло было вообще предметом моей гордости. Весной я целыми днями носила воду из одного ручейка в другой, и взрослые хвалили меня. Когда появлялась проталинка, говорили, что это я приблизила лето и появление сухого участка во дворе - моя заслуга.
Уезжая из нашего дома, артист подарил моему отцу фото с пожеланием вспоминать его,
когда тот услышит его песни по радио
На коленках у татарского Шаляпина
Я держу в руках фотографию, которой 70 лет. На ней Рашид Вагапович Вагапов - один из самых известных, ярких исполнителей в татарской музыкальной культуре. Многие называли его не иначе как татарский Шаляпин. Ценность фото еще и в том, что Рашид Вагапович собственноручно в 1956 году подписал ее на память моему отцу. Долгие годы это фото хранилось в альбоме у родителей, а после их смерти я забрала его себе.
Именем заслуженного артиста Татарской АССР названа одна из улиц в Советском районе Казани. С 2004 года проводится международный фестиваль памяти Рашида Вагапова «Татар жыры». В августе 2022 года был открыт памятник ему в сквере Татарской государственной филармонии им. Г.Тукая.
В моей памяти возникают события тех дней, когда вся семья готовилась к встрече очень дорогого гостя. Мы наводили порядок в доме и во дворе, а мама готовила ароматный суп в чугунке и бэлиш из свежей говядины. На столе творог, сметана, яйца, и все это домашнее, натуральное. На всякий случай специально для гостя она приготовила куриный бульон и нежную куриную грудку.
Появление Рашида Вагапова в нашем доме не было неожиданностью для нас. Дело в том, что в 1956 году он гастролировал с концертами по юго-востоку Татарстана, и во время одного из них ему резко стало плохо. Артиста срочно прооперировали в Лениногорской городской больнице, где главной хирургической сестрой на тот момент работала моя старшая сестра Зифа. После выписки Рашид Вагапович был еще совсем слаб, и папа уговорил его не отправляться в дальнюю дорогу, а немного погостить у нас. Он уверял, что свежий воздух и натуральные продукты быстро поставят его на ноги.
Уже за первым ужином гость притворился очень слабым и сказал, что не может кушать сам. Он попросил меня покормить его с ложечки, и после этого я на правах важной персоны за каждым обедом занимала место на его коленках и со строгим лицом кормила его домашней едой. Он улыбался, благодарил меня и нежно целовал мои ручонки. Мне было четыре года. Чуть позже приехала какая-то красивая тетя и стала кормить моего кумира сама.
Они были нежны друг с другом, часто сидели, держась за руки, но мне она совсем не нравилась. Я ревновала, всегда старалась сесть между ними. Это была Зайтуна Фаткулова - вторая жена Рашида Вагапова, танцовщица из его группы, с которой они поженились в 1945 году. В их браке родились два сына. Фотография Зайтуны также сохранилась в нашем семейном альбоме.
Большая семья Фарутдиновых, 1945 год (слева направо): мои сестры Зиля и Зифа, на руках у мамы Хайрикамал маленькая Разина, мой отец Ибрагим и братья Рашид и Раис
В те годы у всех на слуху были народные песни «Кара урман», «Райхан» и другие в исполнении Рашида Вагапова, и до сих пор они остаются одними из любимых песен татарского народа. Слушая их по радио, мы вспоминали дни, проведенные рядом с знаменитостью, его беседы о своей жизни и творчестве. Он был настолько откровенным и простым, что казалось, рядом с нами сидит не известный заслуженный артист, а обычный человек, влюбленный в свой народ, свою культуру.
Мой папа умер в 1977 году, а на следующий год не стало и мамы. С тех пор эти две бесценные фотографии - великого певца и его супруги - хранились у меня дома. Теперь еще одна страница из его биографии стала доступна всем, кто склоняет голову перед его талантом.
Талия Фарутдинова, Казань
Фото из архива автора
