В Козловке только дамы: от детоубийц до создательниц финансовых пирамид

Скрипучие железные ворота женской зоны раскрылись, и я оказалась на цветущей аллее. А по ней на высоких каблуках и с макияжем на лице строем шли… заключенные. За колючей проволокой знаменитой Козловки - одной из самых многочисленных колоний России - отбывают наказание женщины из Татарстана, Чувашии, Марий Эл и Москвы.

В первый раз в первый класс

О жизни «не как у всех» здесь говорят одинаковые платья в клетку и белые платки на головах обитательниц. Плюс строгий распорядок дня и мучительная мечта о свободе.

- Вся территория зоны делится на две части – жилая и производственная, - знакомит меня с колонией начальник одного из отрядов.

Козловка – одна из редких зон, где стопроцентная занятость отбывающих срок наказания. Здешняя фабрика – из ряда самых многочисленных в республике. Спецодежду для сотрудников МВД, минобороны, военных и охранной службы шьют в четырех швейных цехах и одном раскройном. Освоить ремесло кройки непросто, нужно время. Поэтому сюда и распределяют тех, кто сел надолго. Знакомлюсь с одной из них – 32-летняя Ольга получила 7 лет за убийство мужа.

- Защищаться пришлось, - вздыхает она и сразу переводит разговор на другую тему. – Кроить вот научилась. Через месяц освобожусь, буду искать работу в раскройном цехе.

Отдушина

Первое, что испытывают все вновь прибывшие, – шок. Затем наваливается тоска по дому и близким, особенно детям, сожаление о содеянном. Вспыхивают конфликты. Отдушиной становится штатный психолог.

КСТАТИ

В прошлом году школу Козловки окончили 157 учениц. Они получили разряды швеи-мотористки, лекальщицы, наладчицы.

- Причиной душевной трагедии часто бывает плохое письмо – муж бросил, кто-то умер, - говорит психолог. - Или жесткая оценка родственников: ты получила то, что заслужила.

КСТАТИ

32% заключенных участвуют в художественной самодеятельности. 150 женщин каждый квартал поощряются за хорошее поведение.

Замечаю, как худенькая девушка тихо прошмыгнула в комнату по соседству. Заглянув туда, вижу иконостас, подсвечники... Здесь проходят службы, которые проводит священник местного храма. Рядом молельная комната для мусульманок. Их мечта – приезд имама, который ни разу здесь не был. Девушки сами расстелили коврики, разложили литературу. Отчаяние и разлука с близкими заставляют многих впервые задуматься о смысле жизни. Не случайно в библиотеке религиозная литература пользуется таким же большим спросом, как и детективная. А многие зоновские поделки на религиозную тематику.

Отверженные

Особой неприязнью среди осужденных пользуются детоубийцы. Они отверженные - здешнее сообщество прощает любое преступление, кроме этого. 24-летняя Таня тут уже год. Девушка осуждена на 17 лет за то, что утопила в ванной двоих своих маленьких сыновей. На вопросы отвечает неохотно. Опухшее от слез лицо, затравленный взгляд...

- Ни к психологу, ни в церковь я не хожу. Мне осталось только жить в себе. Постоянно снятся дом и мои дети, - шепчет она.

На днях здесь освободилась еще одна бывшая мать, утопившая своих детей в проруби. Мне рассказали жуткую подробность: девочка и мальчик кричали и просили ее: «Мама, не убивай нас!»

В женской колонии в отличие от мужской счастье находят редко. В основном женщины получают письма от старых знакомых. Последняя свадьба была в Козловке в прошлом году. Юной супруге 20 лет. Оксана, худенькая, маленькая, с белыми ресницами и светлыми озорными глазами, с юмором поведала мне свою историю:

- Познакомились на воле, но расписаться не могли. Я была в розыске.

Трудно поверить, что это нежное создание нападало вместе с подругами на прохожих, избивало и грабило их. На зоне Оксана даже не стала вписывать в личное дело разрешение на свидания для жениха.

- Не ожидала, что он будет меня ждать! – до сих пор удивляется она. – Но он добился разрешения встретиться, привез свадебное платье. Из всех отрядов прибежали на нас посмотреть.

Особо изолированные

Местные «жительницы» распределены по 17 отрядам, в которых от 60 до 80 человек. Каждый отряд размещается в отдельной палате жилого сектора. Здесь на всем чувствуется женская рука – тщательно вымытый пол, аккуратно заправленные белыми покрывалами двухъярусные кровати. Одним из самых дружных и образцовых считается отряд… ВИЧ-инфицированных. У них почти все освобождаются досрочно (по УДО).

- Общее количество 80, на работе 51, на отдыхе 24, в больнице 5! – бойко рапортует дежурная, едва мы переступили порог палаты.

ВИЧ-отряд полностью изолирован от остальных осужденных. У женщин отдельные кухня, прачечная и туалет. Вся их жизнь проходит в корпусе, где внизу свой швейный цех, а наверху жилое помещение. Средний возраст обитателей - 30 – 40 лет. В основном все здесь оказались по статье «Распространение наркотиков».

В изоляции и так называемые «отрицалы». Это самый маленький отряд, куда помещают особо агрессивных, озлобившихся и конфликтных женщин. Условия их содержания очень строгие.

Пожилые преступницы тоже содержатся отдельно. С виду их территория – пансионат. На скамейках на солнышке мирно греются бабушки - божьи одуванчики. Но загремели сюда эти бабулечки в основном за убийства.

- Во время ссоры с мужем у меня в руках был нож, - сокрушается 63-летняя Вера, впервые совершившая преступление. – Одного хочу – дожить бы до воли.

- Тут у меня на любимое вышивание время есть! А дома все дела были.

Срок вышивальщица мотает за попытку создать финансовую пирамиду.

КСТАТИ

В Козловке три вида отрядов – обычные, строгие, облегченные. Сейчас здесь отбывают наказание 1300 женщин.

«Не виноватая я!»

Заключенные охотно рассказывают обо всем, кроме того, за что они сюда попали. Наташа здесь 3 года. Срок получила за продажу наркотиков.

- А как иначе свести концы с концами? – рассуждает она. – У нас с мужем ребенок больной, нужны большие деньги на лечение. Вот мы и решились.

В ее личном деле фабула преступления другая. Там сказано, что уже судимые Наташа с мужем наркоманы со стажем. Дочка родилась у них с ДЦП. Воспитывает ее сейчас бабушка.

«Ни в чем не виновата» и пожилая Анна.

- Прожили мы с мужем 18 лет, воспитали троих детей, - рассказывает она свою историю. – Но в последние пять лет отношения обострились. В разгар конфликта я ударила его, и он неудачно упал.

На самом деле Анна – организатор хорошо спланированного убийства собственного мужа, которого заманили, посадили в машину и нанесли смертельный удар по голове.

- Мне так стыдно перед родственниками, - всхлипывает она. – Две мои дочки встретили свое 18-летие без меня и папы.

По словам моего «гида», в основном женщины сидят здесь за тяжкие и особо тяжкие преступления. Среди них есть и насильницы. Сейчас их 15. Женщины совершают изнасилования более жестоко и изощренно, чем мужчины. Я испытала шок, прочитав в их личных делах подробности преступления. Эти осужденные на особом контроле в отделе безопасности.

Попадаются и те, кто намеренно рвется в «загородный лагерь». Одна бездомная женщина, например, в поисках крыши над головой второй раз села за ложный террористический звонок. Но это исключение. О воле здесь каждую секунду мечтают даже те, кому некуда идти.

КВ
Лента новостей