22 июня, ровно в 4 часа...

Вы никогда не думали, что этой печальной даты в нашей истории могло и не быть? А генерал Гудериан очень жалел, что из-за ситуации в Югославии Германия напала на СССР 22 июня, а не 15 мая 1941-го. Блицкриг завершился бы до осенней распутицы и морозов: Москву захватили еще в августе, в сентябре взяли Урал и покончили с нами в четыре месяца.

К счастью, историю не повернуть вспять. Зато можно умалить наше участие в разгроме Гитлера, и поле этой битвы - умы новых поколений, не знающих войны.

Летом 1945-го 53% французов считали, что СССР сыграл решающую роль в победе над фашизмом. А в 1994-м - только 11%. Однако, тенденция, верно? И Запад уже делает вид, что во Второй мировой мы вообще не участвовали!

В канун 50-летия Победы США пригласили на торжества ветеранов войны из многих стран, которых можно назвать победительницами лишь с большой натяжкой. Не было там только нас! И общественный фонд "Русский дом в Вашингтоне", устыдившись, пригласил российских ветеранов за свой счет.

А чего стоило тогда нашим дипломатам заманить в Москву на 9 Мая Билла Клинтона, Гельмута Коля и других западных лидеров! Думаете, они приехали отдать дань памяти 27 миллионам наших павших? Отнюдь. Только чтобы "поддержать президента и проводимые им реформы". И мы опять утерлись. Так же как и на праздновании полувека со дня высадки союзников в Нормандии, куда пригласили всех, кроме России.

Помнят ли вообще в мире 22 июня?

Что думают об этом в "братских" славянских странах, где сегодня разрушают и оскверняют памятники нашим солдатам?

Что об этом думают в Польше, где на юбилее освобождения Освенцима, за который пало четыреста советских воинов, тогдашнему председателю Госдумы Рыбкину даже не дали слова, а узников из России вообще не пустили? В страну, где во время Варшавского восстания немцы расстреливали всех жителей независимо от возраста и пола; погибло 200000 поляков, а Варшава превратилась в руины.

Что об этом думают в Прибалтике, мы уже знаем.

И совсем не хочется размышлять о том, что бы стало с нами, проиграй мы войну. Да и с Западом тоже. Для этого нужно просто издать в Латвии, Франции или России сборники подлинных документов гитлеровской Германии тех лет. Ибо нет ничего страшнее и убедительнее канцелярии рабства и смерти.

Мы и сами уже привыкли очернять историю наших трагедий, топтать могилы, унижать и оскорблять ветеранов и на государственном уровне, и просто так, буднично, в быту. Пацаны прикалываются, что при другом раскладе в 45-м они сейчас пили бы не наше, а немецкое пиво с колбасками, а голодная сибирская деревня люто завидует некогда освобожденной, сытой Европе.

Я же думаю о том, как музейная работница в Ясной Поляне принесла офицеру-немцу дрова, чтобы он не топил печь книгами и вещами великого писателя. На что гитлеровец ответил: дрова нам как раз не нужны, мы сожжем все, что связано с именем вашего Толстого.

Не сожгли. Будем же помнить об этом в самую короткую летнюю ночь. У нее - самая долгая память. Потому что память эта - наша общая.

Сергей ЧЕЛЯЕВ

Писатель,
фантаст.
Казань


На форуме вы можете обсудить эту публикацию.

КВ
Лента новостей