Влияние современных информационных технологий и устройств на детскую психику вызывает массу вопросов, и далеко не на все можно найти ответ. Поможет разобраться доктор психологических наук, профессор, директор Института клинической психологии и социальной работы, заведующий кафедрой клинической психологии ИКПСР Пироговского университета Минздрава России Вера Никишина.
Изображение сгенерировано ИИ
Логика наших рассуждений должна быть следующей: сначала мы как взрослые должны узнать о влиянии информационных технологий на психическое развитие детей и только потом давать им возможность погружаться в это технологическое пространство. Такой подход кажется единственно адекватным.
В настоящее время мы можем достоверно подтвердить влияние цифрового социального пространства и цифровых технологий на психическое развитие детей. И, увы, это влияние не является положительным.
Приведем несколько примеров. Современные технологии через погружение в бесконечное движение информационной ленты, перелистывание и пересматривание видеоконтента фактически перекрывают возможность сохранения содержания в памяти и переноса информации из кратковременной в долговременную.
Для того чтобы любая получаемая информация из кратковременной памяти переходила в долговременную, необходима определенная длительность времени. Важно, чтобы прочитанное или увиденное не перекрывалось новыми и интенсивно движущимися информационными потоками.
В проводимых нами исследованиях с подростками мы достоверно доказываем, что все показатели кратковременной памяти снижаются при увеличении времени пребывания в социальных сетях. Но бедствие даже не в этом, а в том, что такое погружение и пребывание в постоянном информационном движении фактически блокируют или деформируют функцию долговременной памяти. Мы рискуем получить поколение детей без долговременной памяти.
Получается, что ничего не нужно запоминать, любую информацию можно быстро найти на внешнем носителе. И это тоже приводит к существенному снижению функций памяти. Определенно снижается и способность выделения смыслового содержания в информационном потоке, а также его воспроизведения.
Речь становится в основном аффективно нагруженной (вау, оу, ух и т. п.), а ее смысловое содержание меняется, снижаясь под влиянием интенсивного движения информационного потока с преобладающим бессмысленным содержанием.
Мы понимаем, что наши нейросети функционируют по принципу «используй или потеряешь». А если у ребенка еще не закрепились функциональные ресурсы мышления, памяти, воображения, внимания, то фактически происходит их блокировка, и активность восприятия информации становится преимущественно созерцательной. Печальные последствия неизбежны.
Поэтому выбор информационного контента должен осуществляться при определенном отборе, это должен быть образовательный контент.
Мы видим, что дети, погружаясь в коммуникацию в цифровом пространстве, уже не могут вне этого пространства взаимодействовать и общаться друг с другом, выстраивать отношения, поддерживать их и сохранять. Они имеют эпизодический опыт коммуникации по определенным правилам и без опоры на доверие и постоянство. Перенос этих же правил и подходов в нецифровую социальную реальность приводит к тому, что огромное количество детей и подростков чувствуют себя одинокими. Они не могут и боятся выстраивать реальные социальные контакты.
И, прежде чем погружать детей в пространство современных цифровых технологий, нужно дать честный и точный исследовательский ответ о том, как параметры этой цифровой среды влияют на психический функционал ребенка.
