- Пап, ну ты совсем не слушаешь! - слегка капризный голос дочери вывел Ильяза из раздумья.
- А? - машинально отозвался он и, тут же спохватившись, спросил: - Какие варианты?
- Говядину или рыбу будем на горячее подавать? - спросила Алия.
- Свинину, - буркнул в шутку Ильяз, за что моментально получил ощутимый тычок локтем в бок - по большей части гости, приглашенные на будущее торжество, были мусульманами.
- Давай я всех обзвоню и расспрошу о предпочтениях, - реабилитировался мужчина после неудачной шутки.

Ильяз откровенно скучал: Алия попросила съездить в ресторан, где должна была проходить ее будущая свадьба, чтобы помочь с выбором меню. Конечно, он согласился, но вряд ли признался бы дочке, что ему, несмотря на всю волнительность события, было не очень интересно заниматься свадебными хлопотами.
- А десерт какой выберем? - продолжала щебетать Алия. - Торт большой закажем или пирожные?
- Картошку, - брякнул ни с того ни с сего Ильяз.
- Какую картошку, пап, ты вообще слышишь меня? - возмутилась Алия.
- Ну, пирожные такие - «картошка». В детстве ела, не помнишь? - объяснил Ильяз. - Да шучу я, давай торт закажем большой, красивый.
Девушка снова с неодобрением посмотрела на отца. А Ильяз вдруг понял, почему вспомнил о незамысловатом лакомстве…
***
Развал Советского Союза семья Ильяза встретила тяжело. Никаких особых перемен в конце 80-х ему не требовалось, напротив, жизнь шла по немного банальному, но абсолютно устраивавшему его плану: школа, армия, институт, работа инженером. Женился на однокурснице Светлане, с перерывом в пару лет у них родились сын Ильнур и дочь Алия. Стояли в очереди на квартиру, а пока жили с матерью Ильяза в однокомнатной хрущевке и строили планы на счастливое будущее. В общем, как у всех.

Да и дальше все было, как у всех: сбережения сгорели, а работа инженера из весьма престижной вдруг стала считаться уделом неудачников. Зарплаты, как любят шутить в народе, стали похожи на сдачу, да и те не видели по нескольку месяцев.
Сложнее всего было Ильязу переориентироваться на новый уклад жизни. Как отец семейства он был обязан содержать своих близких, но это становилось все сложнее. В то время нередко приходилось слышать довольно странный совет: не можешь заработать -  иди воровать. Представить себя в подобном амплуа Ильяз не мог. И все же с каждым месяцем все острее завидовал товарищам, которые работали на производствах, где можно было что-то «добыть», и приворовывали: продукты, мебель, бензин и так далее, вплоть до мыла и туалетной бумаги. Главное, что это можно было потом продать или обменять. А Ильяз работал на загибавшемся оборонном производстве. И что оттуда тащить? Радиоплаты для ракет? Мало того что не известно, как их превратить в деньги, так еще и тюремный срок схлопотать за подобные художества было совсем не фантастической перспективой. Конечно, особо предприимчивые ребята умудрялись тащить с завода все, что не было прибито к полу: инструмент, текстолит, припой и канифоль... да много чего. Однажды в цеху Ильяз обнаружил нигде не числившийся кусок золота граммов на пятьдесят. Пару дней размышлял, не вынести ли его с завода, но так и не решился. И как оказалось, не зря - один из рабочих попался-таки на такой попытке. И стоило ли рисковать? Ведь техническое золото ценится не слишком высоко.

Какое-то время Ильяз пробовал бомбить на старенькой «копейке», доставшейся от отца, но от автомобиля довольно скоро пришлось отказаться - не было денег на бензин, да и видавший виды автомобильчик со временем стал требовать ремонта едва ли не каждую пару сотен километров. А сомнительная возможность бомбить почти не приносила денег. Продав машину, Ильяз обеспечил семье скромную жизнь на несколько месяцев.

Экономить приходилось на всем, лишь бы хватало на необходимое для сына и дочки. Это сейчас люди со скепсисом смотрят на знакомых, которые раздают ставшие маленькими их детям вещи, а тогда за сапожки или курточку искренне благодарили. Ильяза здорово поддерживала стойкость жены, которая не только присматривала за детьми, но и успевала утром или вечером сбегать на подработку вроде мытья полов в какой-нибудь фирме.

На себе Ильяз, очевидно, экономил больше всего. В заводской столовой он давно питался пустой кашей и пил чай без сахара. Одно в этой ситуации радовало - из-за отсутствия денег избавился от привычки к курению, которую приобрел в армии. Вскоре после продажи автомобиля с прискорбием обнаружил, что проезд на общественном транспорте для него тоже стал роскошью. Как и многие, пробовал ездить зайцем, но что-то не позволило превратиться этому в привычку, поэтому стал ходить на работу и обратно пешком по 8 остановок в обе стороны.

В тот день Ильяз возвращался с работы таким же образом. Мысли у него были не просто мрачными, а просто черными: зарплату снова задерживали, а за долги по ЖКХ за год уже грозились отключить свет. А занять-то было не у кого...

Почему-то окончательно ему испортила настроение выкрученная в подъезде лампочка. Он и сам украдкой поглядывал на нее, хоть и была она обмазана красным лаком, но уже вторую неделю семья обходилась без света в прихожей. Только ведь присматриваться и взять чужое - это разные вещи…
Оказавшись в темной прихожей, Ильяз громко объявил:
- Я дома!
Но ответа не последовало. Причину мужчина узнал, оказавшись в комнате.
- С днем рождения! - обрушился на него хор матери, жены и детей.
Супруга при этом держала в руках тарелку с пирожными «картошка», сделанными из самого простого печенья и какао-порошка. Ильяз совсем забыл, что у него день рождения. Глядя на своих любимых, он подумал, все у них обязательно будет хорошо…
***
- Пап, а я вспомнила, что это за пирожные, - объявила Алия, когда они с отцом уже оказались в салоне автомобиля.
- Правда? - с легкой улыбкой поинтересовался Ильяз.
- Мы с мамой тебе их на день рождения делали. Совсем простые. Сейчас ими никого не удивишь, а тогда они такой редкостной вкуснотой казались. Знаешь…
- Что?
- Папочка, ты все-таки молодец! - вдруг хлюпнула носом Алия. - И мама тоже. И бабушка. Вот мы уже взрослые, а вы все еще помогаете… Спасибо вам.