Из серии романов "Я - вор в законе". (Продолжение. Начало в ?114, 115, 120, 121, 124, 126, 127, 130, 131, 136, 137, 140, 142, 143, 146, 148, 149, 152, 154, 155, 158, 160, 163, 165, 166, 169, 171, 172, 175, 177, 178, 181, 184, 187, 189.)

Герасим выглядел растерянным.

- Видно, так бывает. Да, но чем я тебе могу помочь? - очень искренне удивился Полозов. - Она что, не хочет идти за тебя замуж? И с ней нужно поговорить?

Ростовский невольно улыбнулся наивности вопроса.

- Нет, говорить с ней ни о чем не нужно. Мы с ней уже обо всем переговорили. Тебе нужно будет поговорить с ее сутенером. Скажешь, чтобы он отпустил ее на волю.

- Она что, привязана, что ли? - все больше удивлялся Герасим. - Собрала чемоданы - да и за дверь!

На губах Ростовского застыла грустная улыбка. Дожив до тридцати двух лет, Герасим так и не узнал настоящей жизни.

- Не все так просто. Проститутка полностью принадлежит сутенеру. Сутенер - это ее хозяин! Он может подарить свою девочку друзьям, проиграть ее в карты, в его воле наказать ее за нерасторопность... Представь себе, даже убить! Если она провинилась по-крупному.

- Это какое-то рабство!

- Возможно, - охотно согласился Ростовский. - Но реальность, как видишь, такова, и надо ее учитывать. Мою девушку просто так не отпустят... Как вариант - купить ее у сутенера, заплатив хорошие деньги.

Полозов выглядел заметно взволнованным:

- Но почему тебе самому не переговорить с этим... сутенером? Я ведь могу чего-то напутать, дело-то серьезное.

- Верно, серьезное. Но говорить с ним я не могу по одной простой причине... Он меня знает! И ищет!.. И если мы с ним столкнемся, то для одного из нас эта встреча может закончиться печально.

- Понимаю, - невесело протянул Полозов. - Значит, ты хочешь, чтобы с этим сутенером поговорил я?

- Ты правильно меня понимаешь.

- Когда мне это сделать?

- Завтра! - уверенно произнес Ростовский. - Ты скажешь, что провел с ней пару незабываемых ночей и она тебе понравилась. Скажешь ему, что хотел бы отвезти ее куда-нибудь к себе в деревню. А чтобы этот сутенер ни о чем не догадался, вместе с Ладой выкупишь еще одну проститутку.

- Господи Боже мой! Какую?! - выпучил глаза Полозов.

Ростовский сдержанно улыбнулся:

- Какая из троих тебе сегодня больше всего понравилась?

- Рыженькая ничего так, - отвечал Герасим.

- Вот как? - удивился Ростовский. - А я почему-то подумал, что ты на светленькую запал.

- Знаешь, поначалу она мне действительно очень понравилась, - произнес Герасим и, улыбнувшись каким-то своим мыслям, продолжил: - А потом я понял, что рыженькая все-таки получше будет.

Ростовский махнул рукой:

- Это неважно, пускай будет рыженькая! Вместе с Ладой ты купишь у него и эту рыженькую. А сутенеру скажешь, что хочешь отвезти их к себе в деревню. Вид у тебя простоватый, он поверит.

- А если сутенер спросит, зачем мне две женщины?

Ростовский отрицательно покачал головой:

- Не спросит. За свою сутенерскую жизнь они повидали такого, что тебе и не снилось. Так что на подобную мелочь он даже не обратит внимания. Возьмет у тебя деньги, пересчитает их и отпустит девушек на волю.

- Ну, если так, тогда конечно, - посветлело лицо Полозова. - Да, но что я буду делать с рыженькой?

Ростовский улыбнулся:

- Гера, ты меня удивляешь. Что обычно делают с симпатичной женщиной? Поживешь с ней немного, покувыркаешься, а потом отпустим на все четыре стороны.

- Да, но что я скажу Анне? - встрепенулся Герасим. - Я все-таки верю, что у нас с ней произойдет замирение.

- Не надо ничего говорить, - спокойно посоветовал Ростовский. - Все само рассосется. Кстати, как к этому отнесется сама рыженькая, если ты вдруг надумаешь ее выкупить? Она тебе оставила свои координаты?

- Написала адрес и телефон, - постучал Полозов по накладному карману рубашки. - Сказала, что если у меня возникнет желание встретиться с ней еще раз, то могу обращаться к ней напрямую, а то большая часть денег перепадает сутенеру.

- Это хорошо. О чем еще был разговор?

- Перед самым уходом мы с ней разговорились. Она сказала, что давно бы забросила свое ремесло, да очень нужны деньги. Семья у них большая, кроме нее еще три маленькие сестренки у родителей на руках. Всем нужно помогать. Учиться собирается, откладывает понемногу.

Ростовский лишь криво улыбнулся. Очень знакомо: у каждой проститутки в запасе имеется с пяток душещипательных историй. Некоторые из лохов попадаются. Иные даже женятся на них. А может, он сам один из таких?

- Понятно, значит, с этим делом проблем не будет, - довольно протянул Ростовский. - Теперь о сумме, с которой начнешь торговаться. - Пальцы Ильи сцепились в замок. - Начни с пятнадцати тысяч.

Полозов отрицательно покачал головой:

- Они не согласятся.

- Вот ты уже начинаешь вникать в проблему. Верно, не согласятся... Но надо же начинать торг с какой-то суммы. Так ведь? Потом поднимешь еще на пять тысяч баксов. Не согласятся - добавишь еще столько же... Дай им понять, что ты не собираешься разбрасываться деньгами. Это такой народ, если почувствуют, что ты можешь отдать большую сумму, то у тебя все и выгребут! Уразумел?

- Конечно! Сколько я могу отдать им?

Ростовский задумался.

- Сразу хочу тебе сказать, что за эту женщину я могу отдать любую сумму... Но они не должны понять, кто мы такие, и естественно, не должны догадаться, что у нас имеются большие деньги.

- Понятно, - одобрительно протянул Герасим.

- Можно предложить им пятьдесят тысяч долларов за каждую. Это хорошие деньги, поверь мне! Если они все-таки не согласятся, прерви переговоры и скажи, что тебе нужно подумать. А когда встретишься в следующий раз, то сумму можно будет ненамного поднять.

- Хорошо, - кивнул Герасим.

Ростовский расцепил замок и, подняв указательный палец, проговорил:

- Но самое главное, возьми у них расписку, что они никогда не будут претендовать на проданных девочек.

- А если они не согласятся? - неуверенно предположил Герасим.

Ростовский на секунду задумался, после чего отвечал:

- Не думаю, что кто-то способен отказаться от денег, которые сами текут в руки. Тебе все понятно?

Полозов пожал плечами:

- Как будто бы все.

- Ну раз так, тогда пойдем отсюда, - Ростовский поднялся, добродушно похлопал Герасима по плечу и проговорил: - Дон Жуан ты наш!

* * *

- Можешь отдать эти сто тысяч сегодня? - хитро прищурился Резван.

Полозов уже готов был широко улыбнуться, торжествуя победу, но вовремя спохватился. Дело следовало представить так, что деньги ему даются нелегко, как, собственно, и было в действительности. А потому полагалось выдержать глубокомысленную паузу.

- Не так сразу... Мне нужно будет немного подзанять. Сам пойми, сто тысяч баксов - сумма немалая!

Резван понимающе кивнул.

- Но я думаю, мне помогут. Среди друзей у меня кредит доверия, имеются очень состоятельные люди, которым я когда-то сильно помог. Думаю, что они мне не откажут. Деньги будут завтра! - уверенно произнес Герасим.

На лице сутенера появилось трудно скрываемое недоумение. Он всегда считал, что знает жизнь и способен отличить настоящего джигита от обыкновенного терпилы, а тут вдруг осознал, что его отточенная интуиция дала сбой. Человек, сидевший перед ним в кресле, ну никак не тянул на крутого. И дело было даже не в том, что одет он был в обыкновенный серый костюм отечественной выкройки - даже если бы он был увешан с ног до головы золотом, то это ровным счетом ничего бы не значило. Не было в клиенте тех черт, какие обычно выдают человека, обремененного немалым капиталом. Хоть ты тресни! А тут он запросто выкладывает сто тысяч баксов за каких-то лахудр, как будто речь идет о позолоченном автомобильном брелке.

Странно все это!

Правда, пытается косить под крутого. Вот как бы невзначай приоткрыл манжету рубашки, из-под которой появились весьма нескромные "Сейко". Но все это было насквозь фальшиво и рассчитано на простачков, ни разу не встречавших на своем пути действительно влиятельных людей и не нюхавших денег, огромных и шальных.

(Продолжение следует.)