Дети и коронавирус: лечить или дать организму побороться?
news_header_top_970_100

Дети и коронавирус: лечить или дать организму побороться?

По мнению специалистов, у детей новая инфекция может принимать разные формы. Например, протекать с сыпью. Согласно данным американского агентства CDC, функционирующего как Роспотребнадзор, из почти 2 млн наблюдений такая реакция прослеживается в 2%. В Татарстане тоже встречаются маленькие пациенты с таким проявлением.

Мифов о том, как коронавирусная инфекция протекает у маленьких пациентов, много, и «КВ» решили развеять их, побеседовав с заведующим отделением 1-й детской городской больницы Казани, доцентом кафедры педиатрии и неонатологии КГМА Ильдусом Лутфуллиным. С начала пандемии он практически круглосуточно работает в детском ковидном госпитале. 

Многоликий вирус

- Ильдус Яудатович, правда ли, что дети легко переносят COVID-19? 

- Информация о том, что дети болеют COVID-19 реже, легче и в целом более устойчивы к инфекции, появилась еще в самом начале изучения этого заболевания, в марте 2020 года, по результатам китайских специалистов. Что интересно, дети не только реже и легче болеют, но и меньше распространяют вирус, являются менее заразными. Это отражено в результатах нескольких крупных международных научных работ.

На своей практике мы видим, что дети, как правило, оказываются последними, кто заражается в семье. Они практически никогда не являются источником инфекции, а наоборот, сами подхватывают инфекцию от взрослых родственников. Связь тяжести заболевания с возрастом тоже всегда хорошо видна: в так называемом семейном кластере тяжелее всех болеют бабушки и дедушки, а у детей коронавирусная инфекция чаще неотличима от сезонной ОРВИ. Правда, это не исключает и случаев тяжелого детского COVID-19.

Можно лишь догадываться, почему так происходит, до окончательного понимания природы этого вируса еще далеко. Есть несколько гипотез на этот счет. Например, очень обоснованным считается предположение, что белковые молекулы, которые вирус использует для проникновения в клетки, у детей устроены по-другому. Существуют и другие версии, их истинность предстоит проверить. Часть предположений, кстати, уже не выдержала проверки временем, например, популярная в начале пандемии гипотеза о защитной роли БЦЖ в детском возрасте оказалась неверной.

- Как проявляется заболевание у детей? 

- Вирус SARS-CoV-2 может поражать самые разные ткани. Так протекают многие вирусные инфекции - тот же грипп проявляется разными симптомами. Помимо поражения дыхательных путей этот вирус может затрагивать желудочно-кишечный тракт (в таком случае ребенок жалуется на диарею или рвоту), кожу (сыпной вариант заболевания хорошо описан). Изучается его способность поражать нервную систему. Из частых симптомов можно назвать потерю обоняния и вкусовой чувствительности, боли в мышцах и суставах.

Самый частый вариант болезни - бессимптомное носительство (нетяжелая ОРВИ). По различным научным наблюдениям, эта форма регистрируется более чем у половины болеющих детей, в нашем детском госпитале она также наиболее часто встречается. Иногда вирус проникает в дыхательные пути глубже, вызывая пневмонию, что в редких случаях приводит к дыхательной недостаточности, потребности в кислородной поддержке. Крайне редкое и тяжелое осложнение болезни - мультисистемный воспалительный синдром, когда вирус провоцирует тяжелый иммунный сбой. Такую форму еще называют Кавасаки-подобный синдром. С ней нам, к счастью, сталкиваться пока не приходилось.

Привыкли к очкам и защитным комбинезонам

- Ильдус Яудатович, говорят, во всем мире много заболевших среди подростков. Сколько лет самому старшему и младшему пациентам в вашем детском госпитале? 

- У нас лечатся от новорожденных до подростков, распределение по возрасту примерно равномерное. Было несколько новорожденных детей (до 4-недельного возраста), болезнь у них протекла нетяжело, без осложнений, и выздоровели они фактически без лечения. Кстати, вот этот подход - не лечить легкие и среднетяжелые формы инфекции - в последнее время в международной науке начал явно преобладать. В большинстве случаев нужно не столько агрессивное, немедленное лечение, сколько правильная оценка степени риска пациента: насколько тяжело он болеет? какова вероятность ухудшения течения болезни? что можно ожидать завтра? Если мы получаем на эти вопросы благоприятные ответы, фактически можно ограничиться обильным питьем и жаропонижающими.

В начале июля вышли новые российские рекомендации по детскому COVID-19, основанные на полученном международном опыте. В них тоже ярко выражен тренд - легкие и среднетяжелые формы, даже при наличии нетяжелой пневмонии, фактически не нужно лечить. Радует, что в последней версии наших рекомендаций так называемые препараты с недоказанным действием рекомендуется назначать только по решению врачебной комиссии. Для ежедневной практики врача это фактически означает отказ от их использования. Чаще всего пациент нуждается в объективной оценке его состояния, рисков, регулярных обследованиях в острой фазе заболевания. 

Кстати, нашим пациентам нужна психологическая поддержка. Иногда приходится слышать от родителей: «Мой ребенок выживет?», «Мы не хотим умирать!» Разумеется, вирус, наделавший столько шума, пугает человека. Кроме того, он субъективно переносится плохо, сильно снижает качество жизни. Даже при легкой форме у человека болят мышцы, суставы, голова, полностью отсутствует аппетит. С точки зрения пациента, заболевание протекает тяжелее, чем это есть на самом деле: при относительно хороших объективных показателях - неплохие анализы, отсутствие тяжелого поражения легких - человеку плохо. Врачу необходимо это учитывать и внушить пациенту надежду. К сожалению, на это не всегда остаются силы.

- Но санитарные врачи настаивают на том, чтобы мы не расслаблялись...

- Не должно остаться какое-то благостное впечатление, что COVID-19 - просто распиаренный грипп. Это не так! Он не перестал быть опасным инфекционным заболеванием с определенным уровнем смертности. Кроме того, биология и генетика вируса SARS-CoV-2 такова, что этот микроб сам по себе никуда не уйдет и будет сосуществовать с нами много лет. Увы, он не способен к самоограничению. Проблема многолетняя, горизонт ее решения пока не виден. Сегодня все научные усилия концентрируются на том, чтобы найти способы лечения тяжелых форм. 

- Самый запомнившийся случай за время пандемии? 

- Чаще всего мы со смехом вспоминаем с коллегами наши первые дни работы в ковидном госпитале в начале апреля. Помню, как в первый раз зашел в «красную зону»: очки запотели, защитный костюм завязан неправильно, еле передвигаюсь, дышать через респиратор не могу - будто вату в рот засунули. Внутри все выглядит как Чернобыльская АЭС в первые минуты после взрыва. Ходят какие-то люди в скафандрах, узнать никого невозможно, каждый делает то, что первым увидел. Говорю первой попавшейся женщине: «Измерьте пациенту давление». Измерила, вернулась. Говорю, дайте такое-то лекарство. Она мне: «Я не знаю, где лекарства, я ведь санитарка. Лучше пойду полы помою». И смех и грех! Спасало нас только, что пациентов на тот момент почти не было. Сейчас я понимаю, что организация ковидных госпиталей в то время, когда болеющих еще мало, - очень правильный шаг. Прошло немало дней, прежде чем все встало на свои места, когда все понимают друг друга с полуслова и каждый занят своим делом. Сейчас мы даже не чувствуем наших очков и защитных комбинезонов: привыкли.

- Какие бы наставления вы дали родителям?

- Пандемия продолжается. Предсказать, как у вас или вашего ребенка будет протекать заболевание, невозможно, даже если вы молоды и здоровы. Гарантированно рассчитывать на легкое течение заболевания не надо. Гигиенические меры защиты эффективны: мойте руки, носите правильную маску и соблюдайте социальную дистанцию. И еще, защищая себя, вы оберегаете окружающих вас пожилых и менее здоровых людей. Считайте, что это такой экзамен на гуманность.