В советское время домашняя библиотека не была редкостью. В одной из моих записных книжек на последней странице есть такие строчки: «В домашней библиотеке должно быть 200 книг». Автор - Исаак Бабель, русский советский писатель. А если их в несколько раз больше?
Сгенерировано искусственным интеллектом
С дореволюционных изданий с ятем
Каждый раз пытаюсь сосчитать и постоянно сбиваюсь - знаю точно, что книг не меньше 200. Кому я обязана этим? Конечно же маме. Как-то, уже будучи взрослой, спросила ее, почему она так много их покупала. «Я хотела, чтобы они всегда были у вас под рукой. Чтобы вы не зависели от библиотек: там всегда много читателей и не сразу можно получить нужную книгу», - ответила она.
И мама, и бабушка любили читать. Наша домашняя библиотека началась с книг бабушки - дореволюционных изданий с ятем и пожелтевшими страницами. По двухтомнику Николая Некрасова я изучала поэмы «Мороз, Красный Нос» и «Кому на Руси жить хорошо», а также «Остров Сахалин» Антона Чехова. Наверное, и маленькой маме читала бабушка, как «поднимается медленно в гору лошадка, везущая хворосту воз».
Маме в детстве попалась книжка про мальчика-чукчу и его жизнь - Север, олени, чум, вечный снег. Книга и сейчас стоит на дальней полке, а у мамы любовь к народам Севера осталась на всю жизнь. Она с удовольствием потом читала нам, подросткам, рассказы Юрия Рытхэу.
Агния Барто, Самуил Маршак, Сергей Михалков, Корней Чуковский... Самые первые наши детские книги - в виде картонных раскладушек. Из них можно было сооружать комнаты и домики для детских игрушек. Я полюбила книгу про медвежонка Егорку, попавшего к морякам на корабль. Сколько раз просила маму прочитать ее еще и еще, пока сама не научилась читать. Как приятно и сейчас перелистать и посмотреть на прекрасные иллюстрации художника Евгения Чарушина, рисовавшего зайчат, медвежат, ежат... Позже, будучи заведующей технической библиотекой в конструкторском бюро при заводе «Теплоконтроль», мама попросила переплести наши детские книги. Получилось четыре тома больших и четыре маленьких.
Как же не упомянуть о книгах «Приключения юнги» Иосифа Ликстанова, «Рассказы о животных» Веры Чаплиной, «Васек Трубачев и его товарищи» Валентины Осеевой и конечно «Тимур и его команда» Аркадия Гайдара, после прочтения которой я предложила одноклассникам организовать такую команду! Мы стали показывать кукольные спектакли младшеклассникам.
С детства я любила перечитывать книги
Считаю, что именно поэтому при наличии такой большой библиотеки я прочитала гораздо меньше, чем мама. Моими любимыми авторами стали Майн Рид и Жюль Верн. И опять же нам читали их вслух - просто это было так принято в семье. Джек Лондон, Фенимор Купер - их герои потом стали и героями экрана. А Александр Беляев с его Ихтиандром! До сих пор люблю смотреть фильм «Человек-амфибия». Мною были прочитаны все семь томов Александра Беляева.
Но самой любимой моей книгой была трилогия Владимира Беляева «Старая крепость» о приключениях мальчишек, моих ровесников-подростков. А еще я любила перечитывать книги Льва Кассиля. А после прочтения его «Маяковский - сам» полюбила стихи Владимира Владимировича, хотя в нашей семье, воспитанной на поэтах-классиках, его не понимали. Глядя на меня, полюбил поэта и мой младший брат. Даже писал позже стихи, подражая ему.
В 50 - 60-е годы в нашей домашней библиотеке появились «Приключения Кроша», «Республика ШКИД». Работая геологом в начале 50-х годов, мама хорошо зарабатывала, и возможность покупать книги была. Потом собирать книги стало модным. Везли их и из-за границы: там в конце 70-х можно было купить и русскую классику, и другие издания на русском языке. Потом появились на производствах и в учреждениях общества любителей книг, и через них можно было тоже приобрести дефицитные в продаже издания.
Однажды моя 75-летняя бабушка отправилась в кинотеатр на фильм «Гранатовый браслет» - так ей хотелось увидеть героев Александра Куприна на экране. Естественно, потом и я полюбила его прозу. Про любовь читала «Светлану» Нины Артюховой, потом «Нетерпение сердца» Стефана Цвейга, «Королек - птичка певчая» турецкого писателя Решата Нури Гюнтекина и роман английской писательницы Шарлотты Бронте «Джейн Эйр».
Как пополнялись книжные полки
Книги дарил отец. Он был папой по праздникам, но всегда приходил не только с яблоками, что тогда было редкостью, особенно зимой, но и с книгами, подписанными мне или брату. Я училась в художественной школе, поэтому папа дарил мне большие книги с картинами художников и еще книги по истории народов Поволжья со своими статьями. Он был этнограф-тюрколог, и в 1967 году на полку встала написанная им книга «Введение в булгаро-татарскую эпиграфику».
Пришла пора, и я стала читать книги маленькому сыну. Правда, мама опережала меня в этом. Будучи на пенсии, она много времени проводила дома с внуком, которого я назвала Тимуром - моя любовь к произведению Аркадия Гайдара не прошла для него бесследно. Он тоже много стал читать, когда подрос. Осилил роман «Дон Кихот» испанского писателя Мигеля де Сервантеса (которого не читала я), сказочную повесть «Волшебник Изумрудного города» Александра Волкова. Он читал книги параллельно с астрономией за 10-й класс, увлекшись звездным небом после того, как мама показала ему Большую Медведицу.
Настал черед и мне пополнять нашу библиотеку. «Нерв» Владимира Высоцкого, стихи Юлии Друниной, «Юрий Визбор» - подарок брата, «Воспоминания и размышления Георгия Жукова». На полке появился «Татарский энциклопедический словарь» с подписью моей школьной подруги «Я принимала участие в его написании». После окончания университета она работала над выпуском словаря и Татарской энциклопедии в шести томах.
На съемных квартирах, а теперь в хрущевке с мебелью прошлого века книги всегда были главной ценностью. Наша домашняя библиотека не раз выручала соседей, чьи внуки изучали русскую литературу в школе, и одноклассников. Но иногда книги не возвращали назад… Недавно у коллеги сына сгорела домашняя библиотека при пожаре. Мы постарались найти вторые экземпляры у себя, чтобы хоть немного восстановить ее потерю.
В 2017 году я стала посещать переплетный кружок для пенсионеров. Прежде всего мы, книголюбы, занялись ремонтом своих любимых изданий. А потом сами решили попробовать написать о жизни прежней и нынешней, интересных встречах. Мои статьи об участниках Великой Отечественной войны, написанные и опубликованные в «Казанских ведомостях» во время моей работы внештатным корреспондентом, сложились в собственную книгу под названием «И помнит мир спасенный». Считаю это заслугой и моих родных, приучивших меня к чтению, и всех авторов, которых я прочитала начиная с далекого детства.
Чем хороша домашняя библиотека?
Тем, что в любое время ты можешь снять с полки любимую книгу и погрузиться в мир ее героев, и тогда на какой-то момент отходят свои проблемы. А возможность перечитать произведение в разные годы жизни добавляет и новых впечатлений от прочитанного - ты оцениваешь сюжет уже с высоты своего опыта. Помню, мама перечитывала все, что читала раньше, когда ей было за 70, в 90-е годы. И удивлялась тому, что, читая любимого Николая Лескова в молодости, во времена СССР, когда у нас не было богатых и бедных, эта книга рождала сочувствие к проблемам «маленького человека» - об этом вообще-то вся русская литература. Теперь же, в 90-е годы, рыночные отношения сделали нас этими самыми бедными, которым сочувствовали писатель Николай Лесков и вся наша литература 19-го века.
К сожалению, сейчас я не перечитываю свою библиотеку. Она стеной нависает надо мной, пишущей о ней. «Будет одно телевидение», - говорил герой фильма «Москва слезам не верит», и я отмечаю в телепрограмме передачи, которые хочу посмотреть.
Жаль, что телевидение, интернет, а теперь и смартфоны вытесняют из нашего быта книгу, а из жизни подрастающего поколения - прекрасную литературу, которая воспитывала без громких слов и нотаций.