Сергей Рыжиков представит в Казани свою книгу «Вратарь из народа»: «КВ» публикуют главу из нее
news_header_top_970_100

Сергей Рыжиков представит в Казани свою книгу «Вратарь из народа»: «КВ» публикуют главу из нее

Двукратный чемпион России и рекордсмен «Рубина» написал автобиографию книгу-автобиографию. Рыжиков представит ее в столице Татарстана завтра, 16 ноября. А мы публикуем отрывок из книги любимца Казани, затрагивающий самую интересующую широкую публику тему, — о деньгах и долгах.

Глава 21
Деньги, бизнес, должники 

ЗА ВСЕ МАТЕРИАЛЬНЫЕ блага, которые у меня есть, я благодарен футболу. Он позволил во время игровой карьеры создать источники пассивного дохода. Задумался об этом еще в 2008 году, когда мы приехали в Казань. 

Я попал в «Рубин» в такое время, когда игрокам платили очень хорошие деньги. Это позволяет создать финансовую «подушку безопасности» на будущее. А спустя год после завершения карьеры я понимаю, что помимо футбола надо чему-то еще обязательно обучаться. Потому что внутри футбола бывшему игроку найти свою нишу тяжело. Знаю это по себе. Я хочу быть тренером, у меня есть лицензия, но и это ничего на первых порах не гарантирует. 

После перехода в «Рубин» мой заработок увеличился — зарабатывал я уже намного больше, чем в предыдущих клубах. Тогда и появились мысли о первых бизнес-вложениях. Каких-то советчиков, желающих организовать что-то вместе или предлагающих вложиться во что-то для меня чуждое, вокруг не появлялось. Наметилась тогда другая тенденция — многие стали брать деньги взаймы. 

До перехода в «Рубин» почему-то с такими просьбами не обращались. Возможно, в «Рубине» я стал чаще мелькать по телевизору и в прессе. Стали звонить знакомые ребята, в том числе с родины, Шебекино. 

Как относился к этому? Я такой человек, что никогда не отказывал. Суммы? Разные. От 500 тысяч до 3 миллионов. Но столь крупные суммы просили редко — 3 миллиона я одалживал раз или два. Чаще были другие цифры — 150 тысяч, 100, 70, 50… Вернули долг только половина из тех, кто занимал, но, насколько я наслышан о долгах перед футболистами, 50 на 50 — это еще хороший процент. Хотя, может, ко мне и не так часто обращались за этим, как к другим. 

Я даже не знаю общей суммы, которую раздал в долг. Никогда специально не считал, в блокнот не записывал. Я хоть и бухгалтер по профессии, но такой жилки у меня нет. Как говорят: «В долг давай столько, сколько готов потерять». Я так и поступал. Наверное, одалживая деньги, уже был внутренне готов с ними расстаться. Всех, кто мне долг вернул, я сейчас и не вспомню, если тем более брали небольшие деньги — например, 50–70 тысяч. А те, кто не отдал, запомнились гораздо лучше. Но общения с этими людьми нет.
Им свойственно пропадать и прекращать общаться после получения денег в долг, если на быстрый возврат не настроены. 

Если кто-то спустя много времени все-таки отдаст деньги, мнение у меня о них, конечно, поменяется. В том смысле, что все-таки отдал. Но общаться с такими людьми, наверное, не буду. Мне трудно их понять. Я всегда старался в долг никогда не брать. Только если сильно прижмет. 

Занимал деньги лишь дважды — у Алексея Сафонова для покупки квартиры в Белгороде и у партнера по «Рубину», платеж за помещение нужно было внести. В течение недели уже расплатился. Больше не возникало ситуаций, когда приходилось одалживать. И сыну говорю, чтоб в долг никогда не просил: «У тебя есть отец и мать. Позвони — на нужное дело всегда денюжку дадим». Если бы дали возможность прожить жизнь заново — хотел бы научиться говорить «нет». Но делать это так, чтобы отказ не звучал как надменность или бесчувственность. 

Вернемся к моим нефутбольным заработкам. Вложились мы сначала в недвижимость. В Белгороде строилось здание, и нам предложили выкупить его часть. Решили попробовать — выкупили этаж площадью в тысячу квадратных метров, отремонтировали и сдали в аренду под офисы. 

За свой счет сделали общий ремонт, поставили кофемашины, а остальное уже делали сами арендаторы, под свои пожелания. Попросили разрешения создать образ мини-джунглей — с раскраской в виде деревьев, листвы и других растений. Сказали им: «Пожалуйста, делайте». Расплачивались в рассрочку, раз в три месяца. Через три года рассчитались — и весь этаж стал принадлежать нам. 

Этим проектом с его начала занимается старшая сестра жены — Вероника. Она коммерческий директор, а записано все на жену. Я там, наверное, даже ни в каких документах не числюсь. Все офисы (их на этаже шесть) сдаются, приносят нам денюжку. Почему тогда выбрали именно этот вариант бизнеса? Он казался более понятным и не таким энергозатратным, тем более для начальных вложений и контроля на расстоянии. Это гораздо проще, чем фондовый рынок, инвестиции, ресторанный или агентский бизнес. В эти сферы без фундаментальных знаний влезать смысла не имеет, а вложения в недвижимость для новичков в бизнесе более надежны. 

Рядом со мной тогда не было людей, которым бы доверял или которые мне помогли бы, например, в банковских делах разобраться. С недвижимостью намного проще. Купил помещение — пришел арендатор, подписал договор — и начали работать. Все просто — и с помещением под офис, и с квартирой. Думаю, для действующего футболиста это оптимальный вариант. 

У нас простоя никакого не было — арендаторы заехали сразу после завершения ремонта. Думаю, за 8–9 лет мы уже отбили всю выплаченную за помещение сумму. Но я подсчетов не вел, даже не озадачивался этим. Деньгами занимается Мария, за обслуживанием помещения следит ее сестра Вероника, а я просто кайфую. Если кто-то хочет в качестве бизнесмена развиваться и зарабатывать больше, для этого есть много направлений. Но и рисков там больше. 

К таким рискам я пришел уже позже, когда с Алексеем Сафоновым решили вложиться в московский ресторан «Тюбетейка». Николаичу я доверяю, он и живет в Москве, поэтому, когда рассказал мне об этом, я подумал: «Почему нет?» 

Нас было четверо учредителей. У меня с Сафоновым и Тарасом Воробелем (из клуба «Долгопрудный») по 30 процентов, а у коллеги Николаича, Ивана Бакулина, 10 процентов. Он и выступил тогда инициатором этого проекта, собирался заниматься рестораном. Опасался ли я? Тогда больших сомнений не возникало, мне казалось, что люди, которые живут в Москве, в этом разбираются и все будет нормально. 

Приехали, посмотрели место — мне все понравилось. Сказали: «Ваня будет заниматься» — «Хорошо». Против выступала только жена Николаича — не доверяла Бакулину. Как оказалось, она все видела насквозь. Умная женщина — сразу тогда сказала: «Кому вы деньги даете?!» Так в итоге и получилось. Сначала мы вложили по 15 миллионов рублей. Начали работать. Но вскоре появились какие-то проблемы. Ваня говорил, что для их решения надо еще по 8 миллионов добавить. Я посоветовался с Николаичем. Он сказал, что раз большое дело уже сделали, уже открылись, надо попробовать продолжить. Дали еще по 8 миллионов.

В общей сложности вложили по 23. Но точно могу только за себя говорить. Я вложил 23 миллиона и остался «с носом». Понял, что мы прогорели, но в подробности не вдавался. Я тогда еще раз убедился, что, если какую-то нишу не знаешь, не надо туда лезть. И тем более давать под кого-то деньги, особенно таким некомпетентным в этих делах людям. Это был 2015 год. Тема ресторанного бизнеса оказалась для меня закрытой надолго. 

Сейчас вспоминаю все это — и сам себе удивляюсь: где Иван Бакулин и где ресторанный бизнес? Абсолютно авантюрная идея. Но очевидным это почему-то показалось позже, а тогда на меня, как на лошадь, надели шоры. Свою роль тогда видел в качестве пассивного инвестора. Понимал, что вникать во внутренние дела бизнеса — смотреть, какое закупили мясо или какие постелили ковры, я не буду. Но со временем, далеко не сразу, будет приходить какая-то прибыль, и мы будем ее делить. Видел это примерно так. 

Наверное, тогда сказалось и доверие к Николаичу, да и к Тарасу тоже. Казалось, что все вместе как-нибудь разберемся и вчетвером как-нибудь этот бизнес вывезем. Но их точно так же ввели в заблуждение. 

Когда узнал о проблемах, позвонил Сафонову. Он сразу подтвердил: «Да, Серый, все накрылось». Вспомнил и про Ваню: «Супруга же мне говорила, что он…» А с Тарасом мы на эту тему даже не разговаривали. В семье у нас по этому поводу разногласий не было. Даже до вложенных денег — жена мне доверяет, поэтому спокойно отнеслась к этим тратам. Но и когда все стало ясно, восприняли спокойно: «Деньги потеряли, опыт получили — и ладно». 

Будь у меня те деньги последними накоплениями — я, может быть, задумался бы. Но я тогда в «Рубине» имел достойный заработок, зарплату платили исправно, поэтому долго не колебался. Хотя, думаю, 23 миллиона рублей — большая сумма для любого россиянина. Что интересно — Ваня Бакулин даже после той истории с рестораном обращался ко мне с просьбой одолжить деньги — занял 3 миллиона рублей в 2017 году, а отдал только 400 тысяч. Получается, чуть больше 10 процентов от долга. За пять лет. 

Долг выплачивать мне Бакулин стал только в 2021 году. Позвонил, сделал один платеж, как раз те самые 400 тысяч. Тогда он стал наконец возвращать деньги и Николаичу, тот мне звонил — уточнял, сколько Иван мне должен. Один платеж он сделал — и больше от него известий не было. Продолжает молчать. Я уже давно сделал вывод, что от таких людей надо держаться подальше — чтоб никакой ерунды о бизнес-проектах мне больше не плел. Пусть отдаст мои деньги и меня никогда не трогает, хоть я даже и не уверен, что этот долг он вернет. 

Слово агенту 
Алексей Сафонов: Когда мы потеряли очень большие деньги, я переживал еще и потому, что сам предложил это Сереге, знакомые нас туда затянули. Они в провальности этого бизнеса были не виноваты. Время стояло такое — курс доллара скакал, помещение находилось не в собственности, а в аренде. Ресторан пришлось закрыть с большими финансовыми потерями. Но никакого негатива я от Рыжикова не услышал: «Влезли и влезли». 

Есть люди, которые причины проблем ищут в других. А Серега всегда их ищет в себе. Хотя родные футболистов могут в такой ситуации в адрес агента возмутиться: «Куда он тебя втянул?!» С кем тогда ни разговаривал об этом, никто не верил, что Маша, жена Рыжикова, восприняла все спокойно. Без истерик и претензий. А у кого-то жена после потери такой суммы могла бы встать в позу, сказать: «Вот и не плати ему агентскую комиссию, пока за счет этой экономии потерянные деньги не отобьешь». 

А молодым игрокам посоветую: когда у вас начнут появляться серьезные деньги, задумайтесь о будущем и создайте себе пассивный доход. Чтобы к завершению карьеры, когда футбольный заработок исчезнет, оставаться финансово независимыми. 

Для этого надо создать несколько ручейков дохода. Вложения в недвижимость, хоть жилую, хоть нежилую, — очень доступный и надежный вариант. 

Есть и другие. Тот же фондовый рынок, инвестиции, продолжает набирать популярность криптовалюта, но, чтобы туда лезть, нужна финансовая грамотность. Эту тему надо подробно изучить. Еще посоветую — не доверять свои деньги людям, в которых не уверены. А еще — слушать родителей. Кстати, в конце карьеры я занялся изучением инвестиций. Два года назад наступил коронавирус, все сидели на карантине, поэтому времени стало побольше. Я начал читать статьи по финансовой грамотности, смотрел ролики, стал заказывать книги. Но назвать себя специалистом не могу. 

Все это — акции, ценные бумаги, облигации, прочее — надо изучать долго и подробно. А мой уровень по десятибалльной системе сейчас потянет на два, максимум — три балла. К инвестициям тоже приступил. Купил «голубые фишки», например. Я нацелен на долгие вложения — на 5–10 лет. Поэтому в ближайшее время заработка не жду. Пока изучаю и вкладываю. 

Хотя варианты в инвестициях есть разные — можно вкладываться и на более короткий срок. Всем рекомендую изучать и трейдинг, и инвестиции. Это очень интересно и перспективно — со временем сможет приносить заработок. Причем заработок пассивный. Это даже не помещение сдавать в аренду — таким бизнесом все равно требуется заниматься, постоянно решать организационные и технические вопросы. А инвестиционный бизнес — это работа головой. Как написано в книге: деньги должны зарабатываться, когда хозяин спит.

news_right_column_240_400
news_bot_970_100