Мама принадлежала народу

В этом году татарская общественность отпразднует 100-летие со дня рождения Сары Садыковой. Со своими воспоминаниями о композиторе, певице и артистке делится ее дочь, известная балерина Альфия Айдарская.

- Альфия Газизовна, расскажите немного о вашей семье.

- Судьба распорядилась так, что со своей мамой я провела очень мало времени. В детстве жила с бабушкой и дедушкой. Отца почти не помню - он умер очень рано. За свою короткую жизнь мой папа - Газиз Айдарский - успел много сделать для развития татарского драматического искусства. Он был одним из первых профессиональных режиссеров с высшим образованием. Папа играл на сцене театра Камала, являлся режиссером-постановщиком первой татарской оперы «Сания». В жизни был очень стеснительным и порядочным человеком. Они с мамой очень любили друг друга. Помню, после смерти отца я ревновала маму к любому мужчине - в моем сознании, словно в тумане, возникал образ отца. Я чувствовала себя очень несчастной, скучала без него.

Моя мама закончила Московскую консерваторию и татарскую оперную студию при ней. Она была очень хорошо знакома с западноевропейской и русской классикой, но не теряла национального колорита, всегда оставалась дочерью татарского народа. После учебы вернулась в Казань, чтобы стать татарской оперной певицей. Я думаю, это была ее большая ошибка. Она не должна была ограничиваться лишь национальным репертуаром. Когда настал период изживания национальных оперных спектаклей и они исчезли из репертуара, мама осталась ни с чем. Ее сократили. Но она продолжала работать. Мама была сильная... Появились ее первые танго, фокстроты, вальсы - народ сразу подхватил их. Ее лирико-колоратурное сопрано никого не оставляло равнодушным...

Я поехала учиться в Ленинград в хореографическое училище - очень любила танцевать. Тогда мама сильно удивилась, но не стала противиться моему желанию.

Началась война, я вернулась из Ленинграда в Казань. Это страшное время мы пережили с мамой вдвоем в комнатушке на Карла Маркса. Было холодно и голодно. Сожгли все, что было возможно, чтобы согреться. Остались лишь ноты, фото и письма. Мама рано потеряла мужа, а война отняла у нее и брата Салиха.

Ее 65-летний творческий путь - это и путь, пройденный татарским народом. Не зря он прозвал Сару Садыкову «татарский соловей».

- Какой была Сара Садыкова вне сцены?

- Была артистичной, возвышенной, оптимистичной, общительной, трудолюбивой, энергичной, веселой и всегда очень правдивой, прямолинейной... А еще мама любила шляпы, и ей они очень шли. Помню ее одетой со вкусом, экстравагантной... Иногда включаю дома ее старые записи и слушаю. Я бесконечно скучаю по ней.

- Чем занимаетесь сейчас, накануне 100-летия Сары Садыковой?

- Недавно в Петербурге прошел вечер, посвященный юбилею мамы, я была его инициатором. Мы выпустили диск с ее песнями. Сейчас работаю над созданием еще одного сборника ее произведений. Туда войдут 60 неизданных песен. Ведь ее песни, как правило, не издавались. Лишь восемьдесят семь из них вышли в свет в разные годы в пяти сборниках, которых в магазинах давно нет...

Пока жива, я должна сделать хоть что-то для того, чтобы увековечить память моей мамы. В Казани нет ни музея, посвященного ее творчеству, ни улицы, носящей ее имя, ни памятника. Вопрос о его установлении был поднят в печати еще в 1986 году. В конце 1995-го скульптором Радой Нигматуллиной был подготовлен проект памятника. Я очень надеюсь, что его установят к столетию мамы.

 

Беседовала

Диана ИБРАГИМОВА

КВ
Лента новостей