Обрести равновесие
news_header_top_970_100

Обрести равновесие

В начале осени Кира захандрила.

Знаете, как бывает: ни с того ни с сего найдет на тебя то ли печаль, то ли ностальгия о прошлом или, скорее, будущем и покажется вдруг, что происходящее пусто и бессмысленно. И все, что должно было случиться в жизни, уже случилось. Дальше – только повторы и скука. А вокруг тебя одни манекены и вечная мерзлота…

Однажды ночью она зарыдала. Ничего не смогла с собой поделать. Зарыдала от страха и боли, что дальше уже ничего не будет. Ни-че-го.

– У тебя что-то болит? – спросил муж спросонья.

– Да, – ответила Кира.

– Что? – спросил он уже обеспокоенно.

– Душа…

Он был хорошим человеком, Геннадий Степанович, муж Киры. Не гулял на сторону, не курил, выпивал стопочку-другую лишь по большим праздникам, безропотно выносил мусор, мыл за собой посуду и всю зарплату приносил домой, если, конечно, ее не задерживали.

– Хороший у тебя мужик, положительный, – говорили ей подруги. – Повезло тебе.

– Повезло, – соглашалась Кира вполне искренне, но почему-то уходила от дальнейшего разговора.

В ту ночь она выпила валерьянки, но еще долго ворочалась в постели, стараясь не слышать мерного дыхания мужа. А утром, когда он ушел на работу, она позвонила Артему. Машинально, крутя диск старенького аппарата. А может, и не совсем машинально…

– Да? – спросили в трубке.

– Артем? – не нашлась более ничего сказать Кира.

– Он самый.

Голос был приветливый и веселый, и палец, нависший над рычажком и готовый вот-вот его придавить, дрогнул.

– Это Кира.

Сейчас он спросит: «Какая Кира?» – и она повесит трубку. И больше никогда, никогда…

***

Они познакомились два года назад на корпоративной вечеринке. Артем был в числе приглашенных боссом и пришел один, вызвав заметную ажитацию в женской среде. Как же, успешный бизнесмен, холостой, да к тому же мужественен и красив – это ли не мечта каждой второй женщины, не считая каждую первую?

Роем кружились женщины вокруг Артема: вдруг заметит, выделит, а там… Хоромы в несколько этажей, лимузин с шофером, куча украшений и шмоток, которые все за день не перемерить, прислуга и фазенда где-нибудь на Тортилловых островах.

Артем выделил. Но не из тех, кто этого так явно добивались, а ее, вовсе не напрашивавшуюся на знакомство с ним.

– Вы танцуете? – подошел он к ней, когда народ, насытившись и изрядно выпив, отвалился от столов под зазвучавшую музыку.

– Да, – просто ответила Кира.

– Тогда разрешите вас пригласить?

Кира разрешила, и они, познакомившись, почти молча протанцевали всю песню в исполнении Валерия Ободзинского. Он пел про парня, который, несмотря на дождь или снег, стоит в подъезде против дома понравившейся ему девушки и ждет ее, чтобы просто увидеть. Хотя бы.

После танца они сидели уже рядом, и это была инициатива Артема. Он говорил немного, но уже успел ей сказать, что она ему нравится и он очень желает, чтобы их знакомство имело продолжение.

– В нумерах или на вашей холостяцкой квартире? – не очень вежливо пошутила Кира.

– Я имел в виду быть вам знакомым, чтобы в дальнейшем сделаться вашим другом, – ответил Артем. Как ни старался скрыть, было видно, что он огорчен выпадом Киры про «нумера».

– Простите, я не хотела вас обидеть, – смутилась Кира.

– Извинение принимается, – просто ответил Артем, и его лицо просветлело. Было видно, что Кира и правда очень нравится ему.

Потом они виделись еще несколько раз. Случайно для Киры и, похоже, совершенно не случайно для Артема. Они даже как-то поужинали вместе, и тогда Кира сказала Артему, что он нравится ей тоже, но, к сожалению, она замужем.

– К сожалению? – переспросил Артем.

Она хотела согласно кивнуть, но передумала…

***

– Кира? – радостно прозвучало в трубке. – Вот так сюрприз! Я ведь очень часто думал о вас. Если б вы знали, как я рад вас слышать!

Он узнал ее. Он помнил о ней. Он искренне рад ей.

– Вы… свободны сегодня вечером?

Боже, неужели это сказала она? А как же Геннадий Степанович? Хотя…

– Занят, страшно занят. Как и все остальные вечера, – засмеялся Артем. – Но для вас я свободен в любое время суток!

Она улыбнулась:

– Тогда давайте встретимся в кафе, где мы с вами ужинали. Помните?

Еще бы он не помнил! Конечно помнит. Тогда она призналась ему, что он тоже ей нравится. Правда, потом были совсем иные слова…

– В семь, хорошо?

– Хорошо…

Когда она вошла в кафе, Артем уже был там. Она подошла, Артем встал и поцеловал ей руку. Пальцы у нее немного дрожали.

– Тебе холодно? – спросил он, как-то вовремя и непринужденно перейдя на «ты».

– Нет, – ответила она. – Просто…

А что просто?

Просто она хочет быть с ним? Или она просто боится. Того, что может последовать потом…

Они сидели друг против друга, и она рассказала ему все. Про свои непонятные и невесть откуда взявшиеся страхи. Про холод в душе. Про то, что она никак не может обрести равновесие. Про бессмысленность и пустоту происходящего.

– Хочешь вина? – спросил он, когда Кира закончила говорить. И взял ее руку в свою.

Она согласно кивнула, и они выпили вина. Прямо по целому бокалу.

– Мне кажется, ты не права, – сказал потом Артем. – В жизни никогда ничего не повторяется. Даже в малейшей степени. Разве было такое, чтобы мы вот так сидели вместе за одним столом и я держал твою руку в своей руке?

Она отрицательно мотнула головой: нет, не было.

А потом они поехали к нему. И это были вовсе не хоромы в несколько этажей, а вполне скромная холостяцкая квартира, правда, очень уютная и со вкусом обставленная.

Они пили кофе с коньяком. Кажется, она запьянела. Или это какой-то забытый аромат, витающий в квартире Артема, вскружил ей голову?

Он помог ей раздеться. А когда она проснулась, на столике возле ее постели уже стояла дымящаяся чашка кофе.

– Что, уже утро? – только и произнесла Кира.

Артем кивнул, неотрывно глядя на нее.

– Тогда… тогда мне пора.

Она взглянула на Артема и быстро отвела глаза. Неужели она провела здесь всю ночь!

И словно в ответ на эти ее мысли Артем сказал:

– Не волнуйся, тебе не за что корить себя. Тебе было плохо, потом ты немного выпила и уснула.

– И все?

– И все. Но если ты хочешь большего, звони. Или приходи. Когда обретешь равновесие…

После этого они не виделись, кажется, месяцев восемь. Все это время Артем прислушивался к телефонным звонкам. И, как оно часто бывает, звонок раздался неожиданно и застал его врасплох. Причем это был звонок в дверь.

Когда он распахнул ее, то увидел на пороге Киру.

– Это я, – сказала она. – Знаешь, я обрела равновесие…