Записки рок-меломана из 70-х: Во всем виноваты «Битлз»!

Сейчас понравившуюся песню можно запросто скачать из интернета, поставить в качестве звонка на мобильник или «посмотреть» ее, кликнув из сети видеоклип хита. Минутное дело!

А вот в начале 1970-х удовольствие приобрести и прослушать уже дома, «живьем», любимый фирменный диск культовой рок-группы обходилось дороговато — в треть зарплаты! Вы готовы сейчас выложить 10000 рублей за пластинку? А мы выкладывали! Правда, у наших рублей нолей было поменьше…

О времени, когда «битлы» были молодые, а проезд в автобусе стоил дешевле в 600 раз, рассказывает ровесник ниспровергателя устоев Сида Вишеса и по совместительству журналист «Казанских ведомостей».

Вначале все шло, как по «Нотам»

Название книги воспоминаний экс-барабанщика «Машины времени» Максима Капитановского «Во всем виноваты «Битлз» точь-в-точь совпадает с историей и нашей дворовой компании в Барнауле, где прошло мое замечательное детство.

В один прекрасный день (да!) 1970 года мой лучший друг в нашем 6а Серега Токарев предложил:

— Пошли вечером к Мишке, ему родители купили катушечник «Нота». А главное — у него сейчас уже есть пара лент с записями «битлов» и «роллингов». Говорит: музыка — просто чума!

Кто такие «битлы» и «роллинги», мы с Токарем толком не знали, но названия были на слуху. «Что-то не наше и клевое». Мишка провел в свою комнату, заправил бобину с лентой на начало, с важным и многозначительным видом глянул на нас, включил «маг». И… И все! Ангельский и в унисон хор четырех ливерпульских мальчиков поселился в моем сердце навсегда: I sold my soul to rock’n’roll! А девизом именно нашего поколения стал знаменитый слоган-присказка The Beatles — forever!

Мишкины бобины с «битлами»-«роллингами» мы потом усердно перекатали уже на свои «Ноты», деньги на которые быстро выклянчили у родителей. Кстати, магнитофон-приставка «Нота-М» оказался очень качественной аудиотехникой для того времени 70-х, с хорошей звукопередачей. Правда, для воспроизведения ему требовались усилитель и колонки. По сравнению с другими магнитофонами «Нота» стоила относительно недорого — 90 рублей, хотя и это было примерно ползарплаты того времени.

Свои катушки Мишка дал переписать бесплатно. А вот дальше пополнять рок-аудиотеку пришлось уже за деньги. Запись альбома любимой рок-группы с магнитофонной ленты стоила от 1 рубля до 2. Запись с фирменного диска — 3 рубля.

Саша, Паша и ОБХСС

Советские хиппи в 70-х появились и у нас в Барнауле. Тусились они в самом центре города — на Центральной площади, у Главпочтамта. Плетеные самодельные браслетики на запястьях и другие фенечки, донельзя потертые джинсы-клеш, сабо на огромной платформе и «хаера» до плеч. Когда они успели их отрастить? Что интересно — милиция первых хиппарей не «винтила». Об этом «солнечном» времени, которое всем нашим заявляло: All you need is love, Гарик Сукачев снял потом замечательный фильм «Дом Солнца».

Среди наших запомнились очень колоритные типажи. Например, взглянув на Витю Платонова, ты обалдевал: перед тобой наяву стоял сам Джордж Харрисон времен поздних Beatles, один в один! Худощавый, длинные, ниже плеч, волосы на прямой пробор вкупе с бородкой, райфлская «двойка» — джинсы и куртка, модные шузы на платформе…

Хиппари нам и подбросили адресок, где можно было за треху записать на магнитофонную бобину альбом нравившейся группы. Любой!

Хозяева квартиры по указанному адресу оказались ребятами очень колоритными, продвинутыми в своем деле и максимально вежливыми. Это были два брата с мультяшными именами — Саша и Паша. Ничуть не удивившись гостям-незнакомцам, они провели нас в зал. Тут мы с Серегой и ахнули! Это просто рок-рай! Зал славы рок-н-ролла по-барнаульски! Одна из стен огромной вместительной комнаты была полностью, под потолок, закрыта полками с магнитофонными катушками. На торцах коробок аккуратным почерком — названия группы и альбома. Для быстрого и удобного поиска коробки с уже готовыми записями самых ходовых альбомов стояли по алфавиту, как в библиотеке. Их, наверное, было под тысячу! Дополняла картину маслом небольшая стремянка для лазанья за самыми верхними катушками. Кроме того, в комнате стояли три пары солидных, почти студийных катушечных магнитофонов Sony. Каждая пара тихо, бесшумно и беспрерывно переписывала друг с друга катушки на продажу и под заказ. Качество записи благодаря японской аудиотехнике получалось отменным. Разницу между записью с диска и с ленты на слух различить было практически невозможно.

Подпольная звукозаписывающая компания Саши и Паши, обретшая небывалую популярность и уважуху среди рок-меломанов Барнаула, проработала удивительно долго — лет пять. Почему их не посадили раньше, об этом у нас остались только предположения. В итоге сотрудники ОБХСС однажды все же нагрянули и в их квартиру. Сроки подпольным коммерсантам дали тоже на удивление относительно небольшие: старшему Паше — 4 года колонии, младшему Саше — 3 года колонии общего режима. Благодаря примерному поведению они быстро вышли по УДО и тут же тихо уехали на ПМЖ в Германию. Судя по всему, братья хорошо подготовились к неизбежной посадке и сумели скопить необходимые средства для быстрого переезда и обустройства в благополучной Европе.

Об их доходах можно лишь косвенно судить по такому факту.

В начале горбачевской перестройки знакомый казанец на пару с приятелем открыл уже легальный кооперативный ларек грамзаписи. Где с утра до вечера они так же беспрерывно «катали», теперь уже на компакт-кассеты, наиболее ходовые альбомы рок-классики — рок был еще в фаворе. Но записывали легально, в качестве первых советских кооператоров. На полученную прибыль знакомый быстро купил трехкомнатную квартиру. А вот в Германию не поехал.

«Я знаю — это всего лишь рок-н-ролл, но…»

«Прошло, наверное, года три, а может быть, четыре, и вот уже хард-рок живет в моей квартире. Ну, значит так: «Black Sabbath, Alice Cooper, Nazareth, Led Zeppelin, Deep Purple, Uriah Heep и группа Sla-a-ade!»

Как здорово описал «солнечное» время Костя Кинчев из «Алисы» в этой своей песне «Меломан»! Ну прямо готовые строчки про меня и про всех нас, семидесятников!

Да, шел 1973 год, милиция уже начала останавливать на улицах «волосатиков» в джинсах — просто так, без видимых причин. Некоторых особо сопротивлявшихся доставляли на «бобике» в отделение милиции и «хаера», добытые многолетним бережным отращиванием, безжалостно обрезали.

Борьбу с битломанией начали к тому времени и в нашей школе. Старшие классы поутру выстраивали в большом фойе, в каре, как солдат на плацу. Завуч-«старшина» с именем из доброй сказки, большая, грузная и властная Мальвина Алексеевна командовала: «Мальчики, два шага вперед, марш! Кру-угом!» После этого она проходила вдоль этих шеренг, внимательно и бдительно разглядывая мальчишечьи головы, выискивая тех, у кого волосы оказывались ниже воротника школьного пиджака. «В парикмахерскую — марш! И без стрижки не приходи! Поведу к директору!»

Стричься я отказался наотрез. И после окончания восьмого класса моя школьная жизнь закончилась на этой стойкой ноте неповиновения, с неудом по поведению в аттестате. Предстояло влиться в ряды «шарамыжников» — так тогда шутливо называли учащихся вечерних школ рабочей молодежи (ШРМ), начать трудовую биографию в качестве столяра-сборщика 3-го разряда и… наконец-то приступить к собиранию коллекции уже настоящих, фирменных дисков любимых групп.

Ведь Rolling Stones уже успели спеть мне свой гимн: I know — it’s only rock’n roll, but I like it!

Да, согласен с тобой, старина Мик, теперь и «я знаю — это всего лишь рок-н-ролл, но я так его люблю!»

КВ
Лента новостей